— Завтра я встречаюсь с Хейсом, — сказал я. — Бёрк проверит его историю, возможно, наши источники ближе к югу смогут сказать, действительно ли это правда, что он не знает, где Ток. Судя по реакции Эм, думаю, есть все шансы, что он вышел из-под контроля.
— Откуда тебе знать, что она просто не придерживается всеобщей легенды? — спросил Скид. — Мне кажется, что, когда дело касается ее, за тебя думает твой член.
— И в этом ты прав, — заметил я. — Но я верю, что она говорит правду. Если верить ее словам, Ток в бегах уже целую неделю. Он порезал ее на вечеринке на прошлой неделе. У нее ножевая рана — кто-то ее порезал.
Это привлекло внимание Скида.
— Черт, — пробормотал он. — Что, мать твою, творится в этом клубе? Хейс чертовски серьезно относится к этой девочке, и речи быть не может, чтобы он такое допустил.
— Вот именно, — отозвался я. — Именно поэтому я и не теряю окончательной надежды на перемирие. Если она говорит правду, им голова этого придурка нужна так же сильно, как и нам. Но что, черт возьми, я знаю? Она вполне может меня дурачить.
Скид засмеялся:
— Это твоя карма... Ты хоть ее трахнул?
— Я не собираюсь на это отвечать.
Скид так сильно начал смеяться, что чуть не подавился своим напитком.
— Ты чертова киска, — наконец промычал он. — Она уже держит тебя за яйца. Когда ты в последний раз жарил девочек? В последнее время не видел ни одну, выходящую из твоей комнаты.
— И на это я отвечать не буду.
— Как думаешь, у принцессы Эмми есть байк? — спросил он с очевидной усмешкой в глазах.
— Понятия не имею.
— Лучше выясни. Ты неплохо будешь смотреться в роли шлюшки на байке.
Я задумался над тем, чтобы хорошенько его отметелить, но это стоило бы слишком много сил. Вместо этого я с силой его оттолкнул и потянулся к игровому джойстику.
— Хочешь поиграть?
— Конечно.
Хорошо было слегка переключиться, и на какое-то время я даже представил, что мы снова в нашем доме, и что сегодня обычный вечер пятницы. Ну, если не считать дьявольского похмелья и того, что наверху у нас были две прикованные наручниками к кроватям девушки.
Через какое-то время Скид заговорил, даже не удосужившись посмотреть на меня.
— Только запомни, что ты не сможешь оставить ее себе.
— Я знаю.
— Просто напоминаю, брат.
— Не волнуйся. Я свои приказы помню.
— Не забывай — Джеки на первом месте. Она тебе и правда нравится?
— Господи. Что за вопросы, Опра?
— Если ты о ней хоть немного беспокоишься, ты вряд ли ей навредишь. Тебе нужно срочно заставить ее от тебя отказаться. Бёрк хотел, чтобы она в тебя влюбилась, но, учитывая все это дерьмо с похищением, когда это все закончится, тебе нужно, чтобы она тебя возненавидела.
Я фыркнул:
— Учитывая, что она сейчас прикована к кровати, и ее обманули по всем статьям, ты действительно думаешь, что мне стоит еще сильнее вредить Эм? Это уже больше смахивает на самоистребление.
— У тебя царапины на спине, придурок. И они не очень-то похожи на то, как девочки царапаются при самозащите, так что нет, это не самоистребление. Тебе нужно сделать ей так больно, чтобы назад она и оглянуться не подумала.
Обдумав его слова, я вздохнул:
— Наверное, ты прав.
Мы поиграли еще несколько минут, затем я повернулся к нему и прикончил его героя решительным ударом. Мультяшная кровь разлилась по экрану телека.
Скид снова начал смеяться:
— У тебя проблемы с контролем агрессии, брат. Или же просто венерическое заболевание. Не моя вина, что ты злишься.
— Сожри дерьма и сдохни.
— Может быть завтра. Сегодня я собираюсь поесть пиццы. Не хочешь?
Я подумал над его предложением:
— Да, звучит неплохо.
Обратно на второй этаж я поднялся где-то в пять утра.
Скид развалился на диване, все еще играя в игры и причитая, что уступил прекрасную кровать, чтобы Софи могла чудесно отоспаться. Кровать, которой вполне хватило бы для них двоих...
Я напомнил, что, раз я не могу получить Эм, он не сможет получить Софи.
А он сказал, что я мог бы заполучить Эм. Я напомнил, что Бёрк хотел мира, чего не случится, если я трахну Эмми Лу Хейс, пока она пристегнута наручниками к кровати. Спор мы закончили, обозвав друг друга мудаками и яростно друг на друга смотря, что было своего рода игрой.
Сейчас же я снова был наверху и смотрел на самую прекрасную женщину, какую только встречал за свою жизнь. Прежде, чем я покину эту комнату, я заставлю ее плакать.
Я не мог оторвать от нее глаза.
Она перевернулась на живот, сбросив покрывало. Одна нога была согнута в колене, что прекрасно очерчивало ее зад. А еще джинсы с низкой посадкой слегка съехали и совершенно не скрывали резинки красных трусиков.
И там, по самому центру спины, была чертова татуировка.
Я наклонился ближе, пытаясь понять, что это, мать его, было. Какой-то китайский символ, окруженный ангельскими крылышками. Просто нереально отвратительно. И чертовски предсказуемо.
Но мне нравилось.
