– Господин, не больше тебя или Рольфа могу я видеть сквозь стену времени. Но иногда, через трещины в стене… - Он прервал себя. - Мы как и люди, видим сны. Возможно, и это не более чем сон.
– Нет, расскажи мне! Расскажи, что ты видел через трещины!
– Господин, я видел небо в огне.
Бэннинг поднялся с постели.
– Что это должно значить?
– Я не знаю. Но, несомненно, мы все это узнаем. - Сохмсей подошел к двери и отворил ее. - А сейчас иди, господин. - Валькара ждут в командной рубке.
Бэннинг отправился туда далеко не в радужном расположении духа. В рубке у переднего видеоэкрана стояли Рольф и Бехрент, выглядевшие так, словно они, мучимые бессонницей, безуспешно пытались заснуть, не прибегая к снотворному. Они кивками головы поприветствовали Бэннинга, а когда он присоединился к ним, Рольф, положив одну руку ему на плечо, указал другой на экран.
И там Бэннинг увидел ясно очерченное и уже сейчас огромное, но тем не менее все еще увеличивающееся по мере того, как он наблюдал, сверкающее звездное облако, ошеломляющее невообразимое великолепие солнц - алых, золотых, изумрудно-зеленых, жемчужно-белых, голубых - раскинувшиеся в бесконечности как мантия самого Бога. В некоторых местах звезды были так близко друг от друга, что образовывали мягко светившиеся пятна, и каждое такое пятно окружало черное облако, поглощавшее свет - казалось, что мрак пытается пожрать звезды.
– На Земле, - тихо сказал Рольф, - это скопление, надо полагать, называют "Америка" - из-за его формы. И как странно звучит сейчас это название!
– Хотел бы я снова оказаться там, - совершенно искренне ответил Бэннинг.
Бехрент, не отрываясь, смотрел на сияющее облако. Для него оно не было ни удивительным, ни прекрасным - для него оно было вызовом, на который - и он знал это - он не может ответить.
– Буря звезд, - сказал он. - Ревущий вихрь несущихся звезд, пыли, обломков, которые сталкиваются и разрываются гравитационными потоками.
Самое бешеное скопление в галактике. - Он обернулся к ним. - И Молот - там?
– Да, - ответил Рольф. В его голосе сейчас звенел металл. - Молот - там.
Что до Бэннинга, то при виде этого ужасающего места он почувствовал благоговейный страх перед таинственным оружием древних Валькаров, которое было приготовлено и спрятано здесь. Чем он мог быть, этот странно названный Молот, о котором в галактике боязливо шептались девяносто тысяч лет?
Мысли его вернулись к словам Сохмсея: "ГОСПОДИН, Я ВИДЕЛ НЕБО В ОГНЕ", и такие кошмарные видения предстали перед ним, что Бэннингу едва удалось избавиться от наваждения.
– Молот там, - свирепо повторил Рольф, - и мы идем туда. Валькар проведет нас.
Бэннинг, чувствующий себя слабым и разбитым, повернулся к нему:
– Пожалуй, нам следует еще раз поговорить с Джоммо.
Но даже шагая по коридорам позади Рольфа, он знал, что все бесполезно. ЕМУ - Нейлу Бэннингу ли, Валькару ли, или обоим им вместе - провести крейсер через звездные джунгли? Невозможно!
Джоммо поднял взгляд, когда они вошли в каюту. Его ненависть и гнев не уменьшились ни на волос, и все же Бэннинг ощутил, что что-то в Джоммо изменилось. Железо начало гнуться.
Рольф подошел к стене и нажал кнопку. На открывшемся видеоэкране, хоть он и был направлен не прямо по курсу, все-таки хорошо виднелась картина звездного шторма впереди.
– Не будь со мной столь утонченным, Рольф, - с легким презрением сказал Джоммо. - Я уже видел.
– Во мне нет утонченности, - возразил Рольф. Никогда прежде его лицо не выглядело таким застывшим и мрачным. - Я просто иду вперед и делаю, что могу. Ты знаешь это. Ты знаешь - если я сказал, что мы собираемся идти в Скопление, мы пойдем туда. В своем уравнении ты можешь принять это за константу.
Джоммо внимательно посмотрел на Бэннинга.
– Если я сделаю то, что ты требуешь, сразу ли получим свободу мы с Теренией?
– О нет, - насмешливо ответил Рольф, - не сразу… Проклятые крейсера все еще тащатся позади, и мы сразу окажемся в их власти. Нет - пока мы не выберемся обратно из Скопления.
– Он не хочет этого. Он боится, - внезапно сказал Джоммо, не отрывавший взгляда от Бэннинга.
Бэннинг знал, что это правда, и почувствовал ненависть к Джоммо.
– Я не боюсь, - солгал он. - И должен заметить, что, учитывая нашу скорость, у тебя мало времени.
Снова молчание. Наконец Джоммо решительно махнул рукой.
– Я не могу допустить гибель Терении и все сделаю. - Обращаясь к Рольфу, он добавил:
– Но не принимай близко к сердцу, если выйдет не так, как ты рассчитываешь.
Лицо Рольфа помрачнело еще больше, хоть это и казалось невозможным.
– Слушай, Джоммо! Всем известно, что ты можешь играть с разумом человека как ребенок с игрушкой. Но сейчас не умничай! Если память не вернутся к Валькару полностью, если его разум не будет здоровым и мощным, без изъянов и слабостей - и Терения, и ты долго не проживете!
– Обещаю, - сказал Джоммо, - что все будет по твоим словам. И все же - я знаю о разуме больше, чем ты. И думаю, что ты не ведаешь, что творишь.
