Он снова заглох. Я уже успел мысленно ответить «Нет!», прежде чем мысль о страшной компании, висящей у него на хвосте, все же заставила Венкинса разродиться:
- Мы… то есть… ну… компания… устроили для вас… э-э… фотосеанс. В смысле… ну, то есть… Сегодня после обеда.
- Какой еще фотосеанс?! - угрожающе осведомился я.
Он снова протер лоб платочком.
- Ну… это… в смысле… фотографировать вас хотят.
Объяснение далось ему нелегко, но еще хуже ему пришлось потом, когда я наконец понял, что компания желает сфотографировать меня возлежащим в одних плавках под пляжным зонтиком рядом с грудастой фотомоделью в бикини.
- Ступайте в вашу компанию и скажите им, что, если они думают, будто фотографии с голой девкой помогут им распродать билеты по двадцать рандов, значит, их представление о рекламе устарело лет на пятьдесят!
Венкинс снова вспотел.
- И можете сказать своей компании, что еще одно такое дурацкое предложение - и я никогда больше не приеду ни на какую их премьеру!
- Но… - промямлил он. - Но вы же понимаете… после всех этих фотографий в газетах, где вы делаете Кате искусственное дыхание… после этого нас завалили - буквально завалили! - просьбами… и все дешевые места разошлись в момент… и билеты на прием тоже…
- Но это не было рекламной акцией, - медленно произнес я, глядя в глаза Венкинсу.
- О нет! - Он сглотнул. - Нет! Нет, конечно! Нет…
Он вскочил на ноги, опрокинув стул. По лбу у него ползли струйки пота, глаза были совершенно дикие. Он, похоже, уже собирался обратиться в паническое бегство, когда с корта прибежали Данило и Салли.
- Здрасьте, мистер Венкинс! - сказала Салли со своей ребяческой непосредственностью. - Гляди-ка, да вы такой же мокрый, как и мы с Данило!
Венкинс уставился на нее стеклянными глазами, не очень соображая, кто это такая, и принялся утираться своим платочком. Данило посмотрел на него острым, внимательным взглядом и ничего не сказал.
- Ну… э-э… я им скажу… только им это не понравится!
- Скажите, скажите, - кивнул я. - Чтобы никаких акций.
- Никаких акций… - растерянно проблеял он. Нет, вряд ли у него хватит мужества передать им подобное послание.
Салли устало плюхнулась в кресло и проводила взглядом его удаляющуюся спину.
- Что-то он не в себе, а? - заметила она. - Линк, как вам не стыдно, вы его совсем запугали, бедного ягненочка!
- Овца он, а не ягненочек.
- Глупая овца, - рассеянно добавил Данило, явно думая о чем-то своем.
- А можно мне еще соку? - спросила Салли.
Ивен и Конрад появились раньше официанта, а потому наш заказ вырос. Ивен вошел в раж, размахивал руками и диктовал Конраду инструкции в своей обычной манере «Я начальник, ты дурак». Конрад терпеливо слушал, но видно было, что его это раздражает. Операторы, конечно, подчиняются режиссерам, но нигде не сказано, что операторам это должно нравиться.
- Символизм! - вещал Ивен. - Этот фильм насквозь пронизан символизмом! И башенки на почтамте - это новый фаллический символ, символ мощи нации. В каждой мужественной стране должен быть свой вращающийся ресторан…
- Возможно, именно потому, что такой ресторан есть в каждой стране, вращающийся ресторан в Йоханнесбурге - далеко не новость, - пробормотал Конрад.
- Башня там будет, и точка! - безапелляционно заявил Ивен.
- Даже если вы не сумеете найти слона подходящей формы, - кивнул я.
Конрад поперхнулся. Ивен зло уставился на меня.
- А что такое фаллический символ? - спросила Салли.
Умница Данило посоветовал ей посмотреть в словаре.
Я спросил у Ивена, где именно мы остановимся в парке Крюгера, чтобы меня можно было найти, если понадобится.
- Ничем не могу помочь, - сказал он с таким видом, что стало ясно: и не хочет. - Менеджер заказал поездку за несколько месяцев. Насколько я знаю, мы должны побывать в нескольких лагерях, двигаясь с юга на север.
- У нас с собой список есть, в гостинице, - ненавязчиво напомнил Конрад. - Я могу его переписать для тебя, дорогуша.
- Да ну, неважно, - сказал я. - Это все кинокомпания до меня докапывается.
- Как это - неважно?! - воскликнул Ивен. По отношению к компаниям, которые распространяли его шедевры, Ивен был очень даже предупредителен. - Пусть Конрад перепишет список и отправит прямо им.
Я с улыбкой поглядел на Конрада.
- Ну, тогда уж Клиффорду Венкинсу. Это он просил.
Конрад коротко кивнул. Одно дело переписывать список по дружбе, а другое - по приказу Ивена. Я прекрасно представлял себе, что должен чувствовать Конрад.
- Я полагаю, вы не намерены тащить с собой шофера, которого предоставила вам компания, - начальственно сказал мне Ивен. - Для него просто не будет места.
Я покачал головой.
- Нет, - покладисто сказал я. - Я найму машину и поведу ее сам.
- Ну ладно.
Даже в это славное утро, после славной рюмочки джина, когда абсолютно никто на Ивена не давил, он все равно продолжал метать огненные взгляды, точно пики, и разгибать пальцы. Его непокорные курчавые волосы торчали во все стороны, точно змеи Медузы, и казалось, сам воздух вокруг него трепетал от струящейся во все стороны энергии.
Салли он просто завораживал.
- Вам понравится в заповеднике, - серьезно сказала она. - Звери такие милые!
