Изголовье кроватки Кэсси было поднято, как спинка кресла. Девочка сидела в нем и играла с кукольным домиком. Другие игрушки, в том числе и полный набор мягких зверюшек, были разбросаны по покрывалу. На подносе с завтраком стояли тарелка с недоеденной овсянкой и пластиковая чашка, наполненная чем-то красным. На экране телевизора мелькали кадры мультфильма, но звук был выключен. Кэсси с увлечением расставляла в домике мебель и пластиковые фигурки. Стойка капельницы была задвинута в угол.
Я положил свой новый рисунок на кровать. Девочка лишь на мгновение задержала на нем взгляд и тут же вернулась к игре.
Вики засуетилась. Передав карты Синди, она на секунду задержала ее руку в своих руках. Избегая встречаться со мной взглядом, она подошла к кроватке, взъерошила волосы Кэсси и проговорила:
– До встречи, пончик.
Кэсси на мгновение оторвалась от игры. Вики опять потрепала девочку по волосам и вышла.
Синди встала. На смену вчерашней клетчатой – розовая кофточка. Джинсы и босоножки те же.
– Давай-ка посмотрим, что доктор Делавэр нарисовал сегодня? – Она подняла рисунок с покрывала. Кэсси протянула руку и взяла лист. Синди обняла дочку за плечи. – Слон! Доктор Делавэр нарисовал тебе чудесного синего слона.
Кэсси поднесла рисунок поближе.
– Сло-о.
– Отлично, Кэсс! Прекрасно! Вы слышали, доктор Делавэр? Слон.
Я кивнул:
– Великолепно.
– Не знаю, что вы сделали, доктор Делавэр, но со вчерашнего дня она разговаривает лучше. Кэсс, скажи еще: слон.
Кэсси сжала губы и смяла рисунок.
– О, милая моя. – Синди обняла дочку и погладила ее по щеке. Мы наблюдали за попытками Кэсси расправить рисунок.
Когда ей это наконец удалось, она проговорила:
– Сло-о! – Опять смяла бумагу в комок величиной с кулак и с недоумением посмотрела на него.
– Простите, доктор Делавэр, – извинилась Синди. – Кажется, ваш слон не добился особого успеха.
– А вот Кэсси, кажется, добилась.
Синди заставила себя улыбнуться и кивнула.
Кэсси предприняла еще одну попытку расправить бумагу. На сей раз крошечные пальчики не смогли справиться с задачей, и Синди помогла дочке.
– Ну вот, милая... Да, она действительно чувствует себя отлично.
– Были какие-нибудь проблемы с процедурами?
– А процедур и не было. Никаких, со вчерашнего утра. Мы просто отсиживаемся здесь – это...
– Что-нибудь не так? – спросил я.
Она перебросила косу на грудь и разгладила концы волос.
– Люди, наверное, думают, что я сумасшедшая, – проговорила Синди.
– Почему вы так считаете?
– Не знаю. Я сказала глупость – простите.
– В чем дело, Синди?
Она отвернулась и затеребила косу. Затем вновь села. Взяв колоду карт, начала перекладывать из руки в руку.
– Просто дело в том... – Женщина говорила так тихо, что я был вынужден наклониться к ней. – Я... Каждый раз, когда мы привозим ее сюда, она чувствует себя лучше. Потом мы забираем ее домой в надежде, что все будет о'кей; некоторое время так оно и бывает, а затем...
– А затем – новая болезнь.
Не поднимая головы, она кивнула.
Кэсси что-то пробормотала одной из пластмассовых фигурок. Синди ободрила девочку:
– Отлично, малышка. – Но казалось, что крошка не услышала ее.
– А затем она вновь начинает болеть, и вы опять впадаете в отчаяние.
Кэсси бросила фигурку, подняла другую и начала трясти ее.
Синди продолжала:
– А потом – внезапно – с ней опять все в порядке, как сейчас. Именно это я и имела в виду, когда говорила про свое сумасшествие. Временами мне кажется, что я и вправду сошла с ума.
Она опять покачала головой и вернулась к кроватке Кэсси. Дотронулась пальцами до прядки волос девочки, отпустила. Заглянув в игрушечный домик, заметила:
– Посмотри-ка – они все едят то, что ты приготовила им на обед!
Необычайная бодрость ее голоса поразила меня настолько, что даже нёбо неприятно заныло.
Она стояла у кроватки Кэсси, играя волосами девочки, указывая на кукол и направляя игру. Кэсси издавала какие-то звуки. Некоторые из них были похожи на слова.
– Как вы смотрите на то, чтобы спуститься вниз и выпить чашечку кофе? – предложил я. – Вики может посидеть с Кэсси.
Синди взглянула на меня. Ее рука покоилась на плече дочери.
– Нет-нет. Сожалею, доктор Делавэр, но я не могу. Я никогда не оставляю ее.
– Никогда?
Она покачала головой:
– Пока она здесь – никогда. Я знаю, это похоже на бред сумасшедшей, но я не могу. Здесь рассказывают так много... разных вещей.
– Каких, например?
– О несчастных случаях – кто-то получает не то лечение. Не могу сказать, чтобы я действительно волновалась, – это прекрасная больница. Но... я просто должна быть здесь. Простите.
– Ничего, я понимаю.
– Я знаю, что это больше для меня, чем для нее, но... – Она наклонилась и обняла Кэсси. Девочка вывернулась из объятий и продолжила игру.
Синди беспомощно взглянула на меня.
– Я понимаю, что слишком трясусь над ней.
– Нет, если учесть все, через что вам пришлось пройти.
– Да уж... Спасибо, что вы так говорите.
Я предложил ей стул.
Она слабо улыбнулась и села.
– Должно быть, это действительно очень большое напряжение, – заметил я. – Так часто бывать здесь. Одно дело работать в больнице, но зависеть от нее – совсем другое.
