— А вот Кэсси, кажется, добилась.
Синди заставила себя улыбнуться и кивнула.
Кэсси предприняла еще одну попытку расправить бумагу. На сей раз крошечные пальчики не смогли справиться с задачей, и Синди помогла дочке.
— Ну вот, милая… Да, она действительно чувствует себя отлично.
— Были какие-нибудь проблемы с процедурами?
— А процедур и не было. Никаких, со вчерашнего утра. Мы просто отсиживаемся здесь — это…
— Что-нибудь не так? — спросил я.
Она перебросила косу на грудь и разгладила концы волос.
— Люди, наверное, думают, что я сумасшедшая, — проговорила Синди.
— Почему вы так считаете?
— Не знаю. Я сказала глупость — простите.
— В чем дело, Синди?
Она отвернулась и затеребила косу. Затем вновь села. Взяв колоду карт, начала перекладывать из руки в руку.
— Просто дело в том… — Женщина говорила так тихо, что я был вынужден наклониться к ней. — Я… Каждый раз, когда мы привозим ее сюда, она чувствует себя лучше. Потом мы забираем ее домой в надежде, что все будет о'кей; некоторое время так оно и бывает, а затем…
— А затем — новая болезнь.
Не поднимая головы, она кивнула.
Кэсси что-то пробормотала одной из пластмассовых фигурок. Синди ободрила девочку:
— Отлично, малышка. — Но казалось, что крошка не услышала ее.
— А затем она вновь начинает болеть, и вы опять впадаете в отчаяние.
Кэсси бросила фигурку, подняла другую и начала трясти ее.
Синди продолжала:
— А потом — внезапно — с ней опять все в порядке, как сейчас. Именно это я и имела в виду, когда говорила про свое сумасшествие. Временами мне кажется, что я и вправду сошла с ума.
Она опять покачала головой и вернулась к кроватке Кэсси. Дотронулась пальцами до прядки волос девочки, отпустила. Заглянув в игрушечный домик, заметила:
— Посмотри-ка — они все едят то, что ты приготовила им на обед!
Необычайная бодрость ее голоса поразила меня настолько, что даже нёбо неприятно заныло.
Она стояла у кроватки Кэсси, играя волосами девочки, указывая на кукол и направляя игру. Кэсси издавала какие-то звуки. Некоторые из них были похожи на слова.
— Как вы смотрите на то, чтобы спуститься вниз и выпить чашечку кофе? — предложил я. — Вики может посидеть с Кэсси.
Синди взглянула на меня. Ее рука покоилась на плече дочери.
— Нет-нет. Сожалею, доктор Делавэр, но я не могу. Я никогда не оставляю ее.
— Никогда?
Она покачала головой:
— Пока она здесь — никогда. Я знаю, это похоже на бред сумасшедшей, но я не могу. Здесь рассказывают так много… разных вещей.
— Каких, например?
— О несчастных случаях — кто-то получает не то лечение. Не могу сказать, чтобы я действительно волновалась, — это прекрасная больница. Но… я просто должна быть здесь. Простите.
— Ничего, я понимаю.
— Я знаю, что это больше для меня, чем для нее, но… — Она наклонилась и обняла Кэсси. Девочка вывернулась из объятий и продолжила игру.
Синди беспомощно взглянула на меня.
— Я понимаю, что слишком трясусь над ней.
— Нет, если учесть все, через что вам пришлось пройти.
— Да уж… Спасибо, что вы так говорите.
Я предложил ей стул.
Она слабо улыбнулась и села.
— Должно быть, это действительно очень большое напряжение, — заметил я. — Так часто бывать здесь. Одно дело работать в больнице, но зависеть от нее — совсем другое.
Она посмотрела на меня с удивлением:
— Работать в больнице?
— Вы ведь были специалистом по проблемам с дыханием, правильно? Разве вы не работали в больнице?
— Ах, это! Это было так давно. Нет, я не закончила обучение.
— Пропал интерес?
— Вроде того. — Взяв коробочку для карт, она постучала ею по колену. — В общем-то, идея поступления в школу медсестер на курс дыхательной терапии принадлежала моей тете. Она была дипломированной медсестрой. И всегда говорила: женщина должна иметь какую-нибудь специальность, даже если и не будет работать по ней, и мне следует выбрать что-то такое, на что всегда будет спрос. Например, здравоохранение. А учитывая нынешнее загрязнение воздуха, курение, она справедливо полагала, что всегда будут нужны специалисты по дыханию.
— Ваша тетя представляется мне человеком с твердыми убеждениями.
Она улыбнулась:
— О да. Сейчас ее уже нет. — Синди быстро заморгала. — Она была удивительным человеком. Я лишилась родителей, когда была еще совсем ребенком, и она вырастила меня.
— Но она ведь не особенно одобряла ваше стремление стать медсестрой? Несмотря на то что сама имела образование в этой области?
— Да она вообще не хотела, чтобы я выбрала эту профессию. Говорила: слишком много работы за слишком маленькую плату и недостаточно… — Она смущенно запнулась.
— Недостаточно уважения со стороны врачей?
— Да. Как вы сами сказали, доктор Делавэр, у нее были твердые суждения почти обо всем.
— Она работала медсестрой в больнице?
