МОЕМУ СЫНУ, покоренному и восхищенному Шотландией, посвящаю эту книгу. Всегда готова разделить с тобой все невзгоды и удачи, интересы и увлечения. С надеждой, что когда-нибудь сбудется твоя мечта, и тебе удастся побывать и увидеть эту удивительную страну — Шотландию, твоя мама О.
— Флора!!! Флора!!!
Запыхавшаяся возбужденная Пат Вильсон, бывшая однокурсница Флоры Маккензи, стремительно ворвалась в комнату и бросилась к Флоре, чуть не сбив ее с ног.
— Кто бы мог подумать?!! Вот это да!!! Все в шоке!!! — удивленно восклицала Пат, как бы заново осматривая и оценивая недоумевающую Флору.
— Пат, что случилось? — наконец-то смогла произнести Флора сквозь повторяющийся сумбур возгласов подруги, когда та, задохнувшись от переполнявших ее эмоций, переводила дыхание. — Что случилось, Пат?
— Флора, меня послали за тобой! Идем скорей! Приехал твой муж!!!
Флора широко открыла глаза и замерла. Потом ошеломлённо промолвила:
— Мой… муж?
Пат нетерпеливо потянула ее за руку, увлекая за собой к двери.
— Да, да, да! Мы все обалдели просто!!!! Да поторопись же!
Совершенно не понимая происходящего, Флора шла за Пат.
«Это не может быть правдой! Это какое-то наваждение! Наверное, я схожу с ума! — мысли проносились в голове с космической скоростью. — Очевидно, глупые девчонки придумали какой-то нелепый розыгрыш. Несносные фантазерки!» От этой догадки она облегченно вздохнула и вслед за Пат шагнула в зал, в центре которого располагалась довольно большая группа людей. При ее появлении все повернулись и смолкли. Флора похолодела. Она сразу узнала двинувшегося ей навстречу мужчину. Он, с ироничной улыбкой глядя на нее, усмехнулся, а затем вдруг мягко и заботливо произнес:
— Кэт, мне сообщили, что ты нездорова. Я забеспокоился. Тебе лучше? Впрочем, думаю, нас извинят, если мы сейчас уйдем. Ты что-то очень бледна, дорогая. Прошу!
Он предложил Флоре согнутую в локте руку, на которую она оперлась, не имея сил вымолвить ни слова. Флора покорна шла с ним рядом, заставляя себя улыбаться, прощаясь со всеми едва заметным кивком головы, в которой назойливо пульсировал единственный вопрос: " Что же теперь будет?.. "
Вечеринка была в самом разгаре, когда приехал Уильям Кренстон, младший сын " пластмассового» магната Генри Кренстона, в сопровождении двух очаровательных девушек-моделей одного известного рекламного агентства.
— Билл! Милый! Я уже и не надеялась, что ты появишься! — хозяйка протянула ему руку, которую он галантно поцеловал. — Хотя твое оправдание весьма убедительно.
Она кивнула в сторону его спутниц, а затем, взяв под руку, подвела к столу с напитками. Потом, извинившись, отошла.
Билл взял бокал и, лениво потягивая мартини, начал рассеянно оглядывать присутствующих. Неожиданно его взгляд остановился на сидящей в отдалении девушке. Странным было то, что она совсем не обращала внимания на происходящее вокруг и что-то сосредоточенно зачеркивала и правила в толстом блокноте, который держала на коленях. Ее отстраненность и серьезный вид никак не вписывались в окружающую обстановку. Девушка была настолько погружена в работу, словно не слышала ни громкой музыки, ни шумного галдежа вокруг. Подобное Билл не встречал ни разу за свою двадцативосьмилетнюю жизнь. Ну и ну! Билл удивленно покачал головой, теперь более внимательно рассматривая незнакомку и сожалея, что густые волнистые волосы наклонившейся над записями девушки, потрясающего темно-рыжего оттенка, закрывали ее лицо, рассыпавшись по плечам и спине.
На некоторое время Билла отвлек один из подошедших гостей. Снова бросив взгляд в ту сторону, где сидела заинтересовавшая его девушка, он заметил, что она исчезла. Билл внимательно окинул глазами зал и у самого входа обнаружил загадочную незнакомку. Она торопливо шла, протягивая руку, навстречу вошедшему молодому человеку весьма необычной наружности. Молодой человек был невысок ростом, субтилен, откровенно некрасив внешне, что еще больше подчеркивали огромные очки в толстой грубой оправе. Одет он был как-то уж очень нелепо и небрежно, даже смешно: затертые старые джинсы, клетчатая яркая рубашка и не по размеру мешковатый объемный пиджак с длиннющими рукавами, доходящими чуть ли не до середины кистей его рук. Хотя, отметил Билл, пальцы молодого человека были тонкими и длинными, красивой формы. Он открыто улыбался спешащей к нему девушке. Они, о чем-то оживленно беседуя, направились в самый конец зала и уютно устроились в уголке.
