Кое о чём Северус не собирался упоминать: на родство могли претендовать Малфои, Блэки и Лестрейнджи, и если, к счастью, последние явно останутся в стороне, Люциус захочет заполучить ребёнка наверняка — Малфою не привыкать подкупать судей.
— Если это случится, будут изучены все документы, и информация об изменении опекунства наверняка просочится в прессу. Возможно, я сумею скрыть записи с фамилией твоего предполагаемого отца, и мы сможем заявить о некотором родстве через наших магловских предков. Ты не первый ребёнок, зачатый таким образом, и не последний.
— Что? — Гарри казался потрясённым.
— Я же говорил тебе, Гарри. Это генетическая особенность, распространённая в чистокровных родах. Большинство чистокровных ведьм и многие волшебники, способные зачать, являются носителями этого дефекта. Не будь маглорожденных и полукровок, маги спустя несколько поколений вымерли бы. Семьи волшебников с несколькими детьми имеют в недавнем прошлом магловских родственников.
— О, — Гарри потёр глаза под очками. Он выглядел опустошенным и бледным. Однако следовало обсудить ещё одно дело, прежде чем отправить мальчика спать.
— Перед тем, как мы уехали из Паучьего тупика, мне позвонил социальный работник. Твоего кузена тоже взяли под опеку.
— С ним всё в порядке, правда? — побледнев, встревоженно спросил Гарри.
— Да, и, к счастью для нас, он подробно рассказал о том, как Дурсли обращались с тобой. Английские власти считают, что письменных показаний от нас и свидетельства твоего кузена пока достаточно. Однако в будущем им может понадобиться твоё заявление.
— А что сказал Дадли? — Гарри нахмурился.
— Он сказал правду. На самом деле, по словам социального работника, он, похоже, не понимал, что с тобой в любом случае обращались ненормально. Он заявил властям, что с тобой было что-то не так, и его родителям пришлось посадить тебя под замок. Затем он описал, как ты жил, так что не осталось никаких сомнений в том, что ты подвергался насилию.
— Да, но… — начал было Гарри.
— Гарри, пожалуйста, — Северус жестом предотвратил сводящее с ума утверждение, будто мальчик никогда не испытывал жестокого обращения. — Мы можем обсудить это позже, если ты не возражаешь.
Гарри пристыженно кивнул.
— Твой кузен попросил разрешения связаться с тобой. Он хотел бы либо поговорить лично, либо позвонить тебе.
— Нет, — Гарри покачал головой. — Может быть, потом. Но не сейчас.
— Я так и думал и сообщил, что твой ответ будет, скорее всего, именно такой, — Северус помедлил. — Я предложил ему написать тебе.
— Если только он умеет писать, — буркнул Гарри. — Подожди, а как он сможет мне написать? Разве ему не нужна сова? — Он устало опустил голову на сложенные на столе руки.
— Нет, не нужна — письма, адресованные в Хогвартс, обычно попадают в школу даже магловской почтой.
— О, — пробормотал ребёнок, почти засыпая. В этом семестре с ним такое случалось пару раз в классе. Северус предположил, что Гарри не спал нормально с момента убийства Лонгботтома.
Северус допивал чай, наблюдая, как дремлет ребёнок. К тому времени, как чашка опустела, Гарри дышал медленно и ровно. Будить его не хотелось, и Северус, быстрым заклинанием сделав мальчика лёгким, как перышко, поднял его, изловчившись, устроил на бедре так, чтобы иметь возможность нести ребёнка одной рукой, опираясь другой на свою трость для равновесия. Не собираясь тащиться сегодня вечером вверх по лестнице, Северус просто отнёс Гарри в спальню, где спал сам.
Понадеявшись, что Молли не сильно огорчится из-за превращения кресла в небольшую кровать, Северус заклинанием переодел Гарри в пижаму и уложил в постель.
— Спокойной ночи, сынок, — прошептал он.
________
*локус филиас (лат. locus filias — местонахождение ребёнка) — заклинание для поиска детей (прим. пер.)
— Гарри? — мягко и слегка встревоженно позвала Джинни. — Профессор Снейп сказал, что не потерпит, чтобы ты пропустил обед. Он велел тебе прийти и поесть.
Она открыла дверь в сарай для мётел.
— Он знает, что ты здесь. Ты должен выйти, пока он сам не начал тебя искать.
Гарри, забившись в угол, не ответил и не двинулся с места.
— Да ладно тебе, Гарри.
Это уже Рон. Гарри не мог видеть их из ниши, в которой сидел, и они, похоже, тоже его не видели.
— И вообще, чего ты тут дуешься? — Рон пребывал в хмуром недоумении — Гарри слышал это по его голосу.
— Я не дуюсь, — отозвался Гарри, по-прежнему не двигаясь, и голос даже ему самому показался довольно жалким. Откашлявшись, он попробовал снова: — Я просто задумался. — На этот раз получилось вполне нормально.
— Да хорошо, думай, только в доме — здесь холодно! — прикрикнула Джинни.
На улице действительно похолодало. Этим утром сад впервые покрылся инеем. Небо прояснилось, но от этого, казалось, становилось только холоднее.
— Я ухожу! — Судя по дрожащему голосу, Джинни трясло, она стучала зубами. — Профессор Снейп не обрадуется, если ему придётся вытаскивать тебя отсюда.
Гарри не было холодно.
