Дикая долина полностью

– Лады, – страх перед калейдоскопом картинок был настолько силен, что препираться бандит даже и не подумал.

– Не понял, – почесал затылок Ольф при виде сопровождающего Мерка изгоя. – Командир, это что, пополнение?

– Да вот, нашёл этого красавца в лесу, – как можно более выразительно отозвался тёмный, надеясь, что подчинённые ему подыграют. – Как там с обедом?

– Остывает уже, – выглянула из берлоги Хильда. – Вы скоро там?

– Сейчас. Сделаю кое-что и приду, – колдун взял притихшего разбойника за плечо и потащил в большую пещеру. – Я быстро!

– Слушай сюда, – обернулся он к пленнику, когда они оказались внутри. – я тебя усыплю, поем и попытаюсь вытащить эту дрянь.

– А усыплять зачем? – происходящее определённо внесло в голову разведчика Гала ещё больше сумятицы. Он ведь помнил, как они следили за лагерем и пытались похитить девчонку, но… Надежда штука такая – когда припрёт, разумный сам себе выдумает тысячу объяснений происходящего, лишь бы всё и дальше шло так, как ему того хочется.

– Чтоб не сбежал. Надо же разобраться, что ты за перец такой. Давай, у меня в животе бурчит. Заваливайся на любую лежанку, не то так тебя на камнях и оставлю.

– Лады, – обречённо вздохнул бандит и сделал, как ему было велено.

Наложив на подопытного новые сонные чары, Мерк мысленно обратился к наставнику:

– Что дальше?

– Понаблюдаем за ним до завтрашнего утра, разбудим и снова расспросим. Магических сил для каких-то конкретных действий у нас всё равно не осталось. Должен сказать, ты меня впечатлил. Полагаю, не встреться мы на поляне, без куска хлеба ты не остался бы, с таким-то талантом запудривать разумным мозги.

– Было бы, что запудривать! Этот горе-насильник со страху чуть в штаны не наделал. Он бы сейчас и в доброго чародея верхом на голубом драконе поверил.

– И ты этим весьма умело воспользовался. Добровольное сотрудничество подопытного, хотя бы на начальном этапе, это дорогого стоит.

– Захвалил. Пойдём есть. Лично я не только резерв истощил, но и устал, как собака.

– Иди, – фыркнул довольный успешным опытом дух. – Можешь не волноваться, я не отстану. 

– И что это было? – поинтересовался Ольф, проглотив кусок жареной оленины.

– Отвянь от него! Не видишь, командиру пожрать охота, – гулко бухнула Хильда и протянула вошедшему колдуну тарелку с заботливо нарезанными кусочками. Больно она в последнее время услужливая. К чему бы это?

– Всё путём, – усевшись на одну из кроватей, Мерк взялся за вилку и приступил к еде. – Задурил этому придурку башку. Так для эксперимента надо.

– Ещё и псионикой промышляешь? – лицо кладоискателя потемнело. – Души, тела, мозги… Богов бы поостерёгся, Меркел.

– Какое им до нас дело, – ко всеобщему удивлению вмешалась в разговор Анис.

– Известно, какое, – зевнула Хильда. – Шил гадит, чтоб его все боялись, Юр на страже стоит, чтоб его все хвалили, а чем бабы их заняты, один гразг разберёт.

– Боги нас защищают, – не согласился Ольф. – Испытывают, карают и награждают.

– Кого? – тихо спросила Анис. – Меня? Тебя? Мы горим и рыдаем, смеёмся и мучаем… Им всё равно. Знаешь, как таких, как мы, называет Меркел?

– Однодневками, – Мерку всё меньше нравилась эта беседа. – И нет, я вас так не называю. Разве что иногда.

– А теперь представь, что мы для богов, которые живут вечно.

– Достали! – Хильда громогласно рыгнула. – От вас пиво скиснет! Пойду, позову наших полоумных подруг, если их самих ещё не сожрали.

Проводив её взглядом, Мерк уже без всякого аппетита дожевал мясо без соли и хоть каких-то приправ, передал Анис тарелку и завалился на койку, намереваясь часика два поспать перед тем, как возобновить наблюдение за подопытным.

– Он мне и говорит: "Ты, мол, браша битая, концы свои прибери, пока в пятый угол тебя не поставили". А я чё? Сунул ему промеж рёбер, и пошло месиво. Сивый тогда зубов выбил поболе, чем морской царь девок переимел.

– Что ещё за морской царь? – полюбопытствовал Дирк.

– Эх ты, птула сухопутная… – беззлобно пожурил его Кас. – Морской царь в плаванье всему голова. Это тут боги всем заправляют, а на большой воде у них власти нет.

– Заткнись, – обронил Нашад, даже не оборачиваясь. – Довольно языческих бредней.