Дорога шла по лесу, петляла всё дальше и дальше меж невысоких холмов, где-то на горизонте переходящих в синеватые горы. Казалось, по ней уже много лет никто не ездил - она была запущенной, кое-где заваленной камнями, заросшей колкой травой; но каким-то чудом она сохранилась, и даже была чётко видна меж кустов и деревьев, почему-то упорно не желавших на ней расти.
Дорога шла по лесу, петляла всё дальше и дальше меж невысоких холмов, где-то на горизонте переходящих в синеватые горы. Казалось, по ней уже много лет никто не ездил - она была запущенной, кое-где заваленной камнями, заросшей колкой травой; но каким-то чудом она сохранилась, и даже была чётко видна меж кустов и деревьев, почему-то упорно не желавших на ней расти.
По дороге двигался всадник. Странное зрелище представляли он и его конь - одежда всадника и цвет коня то казались абсолютно чёрными, то вдруг отливали серебряно-белым зеркалом. Зеркальными были и волосы рыцаря - несомненно, это был рыцарь, хотя на нём сейчас не было тяжёлых доспехов, лишь меч в блестящих металлических ножнах; это делалось понятно лишь при одном взгляде на него. Волосы были длинными и развевались по ветру, как и длинный зеркально-чёрный плащ. Ртутью отливало его лицо, красивое, с высоким лбом, но абсолютно лишённое красок.
Всадник двигался медленно, шагом. Казалось, он никуда не спешит, да и никогда никуда не стремился спешить, но почему-то сразу становилось ясно, что если нужно, он может, не теряя своего абсолютного спокойствия, словно зеркально-чёрная гладь озера, стать настолько стремительным, что редкий глаз сможет за ним уследить.
Но вот беззвучно раздвинулась листва на краю дороги. Пожалуй, человеческое зрение не смогло бы поначалу даже различить этого движения, но зоркий глаз Рыцаря мгновенно уловил его. Всадник тронул поводья - и конь тут же встал, как вкопанный.
Рыцарь с интересом (насколько вообще можно было различить интерес на этом бесстрастном лице) воззрился в сторону кустов. Пожалуй, удивиться было чему - на дорогу всё так же беззвучно вытекла абсолютно чёрная тень. Чернее ночи, чернее беззвёздного неба - настолько чёрная, что, казалось, глаз тонет в этой ослепительной яркости, за которой, возможно, лежали какие-то новые, невероятно объёмные миры - стоило лишь сформировать их лёгким усилием мысли... Рыцарь потряс головой, освобождаясь от наваждения, и попытался внимательнее разглядеть очертания тени. Длинные волосы, облегающее фигуру подобие платья с лёгкими заострениями на плечах, треугольником расширяющееся книзу... Тень была явно женской.
- Кто ты? - спросил рыцарь. - Давно я не бывал в этих краях, но знаю их как свои пять пальцев, и никогда не встречал здесь подобных тебе. Я не чувствую в тебе зла, но и иные качества в тебе отсутствуют...
Тень слегка шевельнулась.
- Я - дорога в абсолютное Ничто, - голос её также оказался женским, но низким и глубоким, как бездонная река. - Я съедаю тех, кто нечист душой - но могу помочь тем, кто имеет правильную цель и нуждается в моей помощи. В этих местах я недавно. У меня много имён - в последний раз меня называли Поглотительницей Сущего, но для краткости можешь называть меня просто Чёрная. Но каков же ты, путник? И каковы твои цели?
Конь переступил с ноги на ногу - ему явно сделалось неуютно. Всадник погладил зверя по холке, и тот успокоился.
- Меня называют Зеркальным Рыцарем, - сказал он. - Я - тот, кто возвращает людям их поступки и показывает им их истинную суть. Кто-то не выдерживает такого зрелища и убегает... Но в большинстве случаев это оказывается полезным - снимая лицемерные маски с людей, показывая им их самообман в самой откровенной форме, я побуждаю их двигаться вперёд.
Чёрная снова двинулась, словно бы кивнула.
- Вижу, у нас похожие цели и задачи, - сказала она. - А мою суть ты сможешь мне показать?
Рыцарь молча кивнул и вытащил блестящий живой ртутью зеркальный щит, притороченный к левой стороне седла.
- Смотри.
По поверхности щита пробежала рябь. Но вскоре она разгладилась, и загадочная новая знакомая Рыцаря вгляделась вглубь. Сначала она не увидела ничего. Но вот из глубины выплыл образ... Он очень быстро менялся, словно показывая все возможные формы богов, людей, даже животных - в основном, хищных; но был там и образ с длинными рогами, похожий на изящную небесную корову... Образы стали замедляться, и вот, постепенно, начал закрепляться один, делая бледными и стирая все остальные, проявляясь всё ярче в своей незыблемости.
Это был образ высокой девушки в свободных золотистых одеждах. Золотистые же волосы её свободно спадали на плечи, на прекрасном лице было выражение спокойствия, умиротворения, почти святости, как изображают лики на иконах. Тень удивлённо вздрогнула и отпрянула. Казалось, она была потрясена...
- Посмотри в глаза своему страху, - тихо сказал Рыцарь.
Чёрная была не из робких существ... Поразившись лишь на мгновение, она мгновенно взяла себя в руки и стала смотреть дальше, прямо в глаза светлому образу.
