— Я сделал бы это, не задумываясь. Но, увы, это не в наших интересах. Просто он получил порцию своего же дьявольского зелья. Но давай лучше помолчим, на всякий случай. До тех пор, пока не выедем отсюда…
Около восьми утра хлопнули дверцы кабин, заработали моторы, фургоны тронулись с места, проехали метров восемьсот и остановились. Сильва и Монкада прижались спинами к металлической поверхности, старались реже дышать и тверже держать свою «стенку». Они услышали, как задние дверцы открылись. Потом мужской голос привычно сказал: «Все пусто!» и с силой захлопнул фургон. Прошло еще несколько томительных минут, и машины медленно поехали. Но вот водитель переключил скорость. Монкада прошептал прямо в ухо Сильве: «Получилось! Еще пять минут, и выходим, посидим, хоть и на полу…»
По часам выходило, что они едут уже минут сорок. Напряжение спало. Они перекусили бутербродами с ветчиной и кофе из маленького термоса. Хотели даже закурить, но тут же отбросили эту мысль. И чтобы не задремать, стали разговаривать вполголоса. Вдруг фургон резко затормозил, так, что их отбросило в сторону и ударило о борта. Мигель и Карлос вскочили и быстро стали налаживать свое убежище.
Минуты три шел негромкий разговор водителя и еще кого-то. Потом они услышали, как дверцы открываются и в фургон лезут люди, обувь которых подбита металлом. На их «стенку» тяжело оперлись, и она, как ни старались ее удержать ученые, прогнулась и завибрировала. Потом лезвие острого ножа прошло через плотный картон, проделало в нем небольшую квадратную дыру. И оттуда ударил свет мощного фонаря. Еще через минуту фальшивая стенка была вырвана из их рук. Монкада и Сильва предстали перед молодыми людьми в десантной форме с короткоствольными автоматами на груди.
— Кто вы такие, сеньоры? И как здесь оказались? — грозно спросил их выступивший вперед офицер полиции.
— А вы кто такие? — закрываясь от фонаря, выкрикнул Карлос.
— Я лейтенант Фабила из уголовной полиции Мехико!
— Это правда, сеньор? — со слабой надеждой выдавил из себя Сильва.
— Предъявите ваше удостоверение! — заявил Монкада. Получив книжечку, он внимательно посмотрел в нее, а потом на офицера, светя своим фонарем прямо ему в лицо. Затем улыбнулся и радостно сказал:
— Вы-то нам и нужны, лейтенант. Мы ученые и в то же время узники одной преступной лаборатории. Впрочем, вам это вряд ли о чем-то говорит, и…
— Говорит, сеньоры, говорит! Так, значит, вы бежали оттуда? Разрешите поздравить с этим обстоятельством не только вас, но и нас. — Офицер отдал им честь и протянул для пожатия руку.
Рикардо если и испытал облегчение от того, что он вовремя вспомнил их с Розой шутливый знак «от ревности», то очень ненадолго. Да, его умная жена поняла его и дала ему об этом знать. Но что в результате изменилось? Мало того, что пленник он, его Роза тоже попала в лапы гнусного родственника горбуньи и, возможно, даже не подозревает, какой опасности подвергается! Надо срочно что-то предпринимать, уже не ради собственного спасения, а для того, чтобы выручить из беды Розу. Но что же он может сделать?
Джулия после встречи и разговора с Розой сразу же повела Рикардо в глубину сада. На один миг он вырвался из ее цепких рук, оглянулся и увидел, что за ними следуют два охранника. А когда через полчаса они вернулись в Замок, там уже не было ни Розы, ни ее сопровождающего. Джулия привела его в свой кабинет, и целый час он делал вид, что внимательно рассматривает вместе с ней рекламные буклеты туристических фирм и агентств.
Похоже, что горбунья уверилась, что с Розой Рикардо расстался навсегда. И теперь будет принадлежать только ей. Джулия явно расслабилась, глаза ее сияли, а выражение лица сделалось мягче. То и дело она прикасалась горячими губами к его щеке, шептала, что с нетерпением ждет, когда, же сегодня наступит ночь. А потом смеялась и спрашивала лукаво: «А может, нам не стоит дожидаться, когда солнце, пойдет на закат?» Рикардо делал вид, что не понимает этих ее нескромных намеков, а про себя страшился наступающего вечера. И когда он наступил, сказал, что желает хорошо поужинать и достойно отметить сегодняшний день.
За ужином он заставил себя оживиться, стал шутить и рассказывать светские анекдоты. Джулия никогда его таким не видела и окончательно повеселела. Рикардо то и дело подливал ей вина, но как бы забывал ухаживать за ее тарелкой. А за десертом заявил, что хочет посмотреть фильм по ее выбору. Джулия поначалу запротестовала, мол, лучше они устроят свое собственное кино. Но потом согласилась, что-то решив про себя.
