Сейчас она подумает как следует и выберет, кому из провинциальных друзей — не зря она ездила на гастроли в самые глубинные районы! — позвонить, на чье тайное гостеприимство лучше всего положиться. И позвонить, конечно, не из дома, а из города, предварительно убедившись, что никого подозрительного поблизости нет (за этим, впрочем, лучше нее проследит Паула). А когда все будет договорено, выехать с детьми, няней и служанкой в парк Чапультепек на прогулку, затеряться там, выйти через другой вход, сесть в такси и сразу на вокзал и в поезд. А необходимые детские вещи ее друзья осторожно купят в местных магазинах и потихоньку доставят куда-нибудь на высокогорное ранчо…
Конечно, ей нелегко будет в разлуке с Мигелем и Марией, да и к Артуро она очень привязалась за эти дни, но зато она твердо будет знать, что детям ничего не грозит, что с ними ничего не случится даже в том случае, если саму Розу настигнет слепая ярость безумной мстительницы.
Все это надо будет сделать поскорее, а потом, не затягивая, осуществить то, что она задумала, приходя в себя после потрясения в Большом зале. Рикардо избегает с ней говорить о музыке, перестал включать радио, боится доставить ей боль хоть каким-то напоминанием об эстраде. Он полагает, что с ее карьерой певицы уже покончено. Но милый ошибается, она вернется на сцену и завоюет Мехико! Только это будет уже ее собственная сцена, собственный концертный зал. А для начала сойдет хорошая эстрада отличного ресторана. Нет, она не собирается наниматься ночной певичкой в какой-нибудь модный кабак, она откроет собственное заведение. Туристов по большей части обманывают, выдавая за национальную мексиканскую кухню нечто среднее между европейской и азиатской. Роза Гарсиа Монтеро восстановит славу и аромат подлинной — крестьянской и аристократической — Мексики. В ее ресторане будут подаваться отменные старинные блюда и напитки.
Но не только для того, чтобы сытно и экзотически поесть, будут стремиться в ее ресторан люди. Каждый вечер здесь будут выступать лучшие ансамбли бродячих музыкантов — марьячи со всей Мексики. Ведь только они умеют по-настоящему сыграть «Валентину», «Путь на Гуанахуато» и другие любимые национальные мелодии. И каждый вечер здесь будет петь она, Роза. Пять-шесть песен, но таких…
Конечно, ей придется пересмотреть свой репертуар. Да она. и сейчас знает, в какую сторону. Обязательно следует исполнять старые шлягеры и песни-болеро, популярные в пятидесятые годы. То же чудесное болеро Агустина Лары: «Серебряная грива, грива из снега, ласка и нега, локон игривый». А вот это: «Не целовать мне твоих алых губ, пурпур жаркого ротика, не для меня сумасшедшая глубь твоей жизни источника…»
Напевая, Роза направилась в сад. Там, в беседке, скучала с книжкой по криминалистике Паула Викарио — верная ее спутница всех последних дней и ее подруга. Сейчас они покружат по городу, найдут укромное местечко, и Роза позвонит своим друзьям из провинции.
Лейтенант Фабила крупно поссорился с детективом Кастро. И напрасно Эрнесто Рохас пытался помирить их. Полицейский считал, что Кастро должен был не поджидать Рохелио у себя, а сам — тут же, как только Линарес позвонил и сообщил о своей встрече с Дульсиной, — ехать к нему.
— Ну, — спрашивал Фабила грозно, — на какой машине была Дульсина Линарес?
— Не успел спросить, — понуро отвечал Кастро.
— А как выглядел ее телохранитель и шофер?
— Все это мы должны были уточнить при встрече с Рохелио.
— И после всего этого ты считаешься опытным детективом, сеньор Кастро?
Бенито багровел и молчал, он понимал, что виноват, что ему нечего больше сказать, да и Рамон Фабила мог бы быть если не снисходительнее, то поспокойнее. В конце концов и полицейскому тоже было нечем похвастаться: его усилия пока что не принесли результата. Адрес, который дала хозяйка салона на Пражской улице, точно совпал с тем, что был на бумажке, зажатой в руке Марианы Гульен де Ледон. Но там много лет проживали почтенные буржуа, которые и слыхом не слыхивали о какой-то Аделине Гонсалес (так назвалась Дульсина, заказывая платье в салоне). На всякий случай люди Фабилы ходили по этому району с фотороботом, который составили по описанию хозяйки салона, но и сам лейтенант понимал, что это вряд ли что даст: скорее всего, адрес был взят наугад из большого адресно-телефонного справочника.
Между тем Дульсина, как сбежавшая преступница, была единственной, кому они могли предъявить хоть какое-то реальное обвинение. Все остальные, кого они подозревали в загадочном «отключении» людей, были чисты для правосудия, ибо никакими уликами против них сыщики не располагали. Именно это, как догадывался Эрнесто, и злило больше всего Фабилу. Найти Дульсину Линарес было необходимо, для того чтобы спасти Розу и всех остальных, кому грозила беда. Но надежда, что вслед за ней удастся направить в тюрьму еще и брата и сестру Франческотти, равно как и их подручных, оставалась зыбкой и в случае ареста опасной маньячки.
