— Рикардо! — он поднял глаза от газеты. Рядом стояла Роза и смотрела на него грустными глазами. — Как ты себя чувствуешь? Не лучше ли тебе лечь в постель?
— Но ведь сейчас только полдень!
— Отдохнешь до обеда, ты переутомился.
— А ты, Роза?
— Я вполне здорова, хотя, конечно, переживаю. Святая Дева, еще и Рохелио!
— Да еще вместе с этой своей Гульен де Ледон, в ее доме!
— Неужели это обстоятельство тревожит тебя даже больше, чем здоровье брата?
— Представь себе: больше! Ведь это скандал, позор на всю нашу семью!
— Выбрось из головы сейчас же! Плевать на то, что подумают и скажут какие-то знакомые. Жизнь твоего брата и сестры в опасности — вот что главное! А сплетни и пересуды, что ж… Они всегда были и будут.
Рикардо внимательно посмотрел на жену. Да, она права, не стоит переживать еще и по этому поводу. Но… Хорошо хоть их нашли одетыми в доме этой светской шлюхи, а то бы… Нет, надо сосредоточиться на чем-нибудь другом.
— Роза, тут в газете статья, прочитай. Эрлинда, Кандида, Рохелио… На них никто не покушался. Это болезнь. Новая неизвестная страшная болезнь. Но врачи уже ищут способ спасти их. Неплохо уже то, что больным не становится хуже. И еще: к ним едут иностранные специалисты, самые лучшие. Все вместе они справятся с недугом.
— Так ты веришь, Рикардо, что это болезнь?
— Да, конечно, а что же это может быть, если не болезнь?
— Ну… — Роза хотела сказать, но остановилась. — Не знаю.
— Вот видишь. Просто тебе надо держаться подальше от этих ищеек. Что им надо теперь, когда все объяснилось? Зачем к тебе подходил в госпитале Фабила?
— Ну… Он выразил свое сочувствие.
— Целых десять минут?
— Еще он рассказывал, что мой третий концерт сорвали клакеры.
— Это было ясно и без него!
— Рикардо! — Роза медленно провела ладонью по лицу сверху вниз, как будто умывалась. Он с недоумением смотрел на нее.
— Ты позабыл? Сам же предложил и…
— Ах, да, — принужденно рассмеялся Рикардо. Полез в карман, достал носовой платок и помахал им.
— Вот так-то лучше, — сказала Роза и чмокнула его в щеку. — Ох, да ты еще и небритый!
— Забыл сегодня.
— Несколько дней уже хочу у тебя спросить. У нас есть деньги?
— Ты хочешь что-то купить?
— Да.
— Так покупай, о чем разговор.
— Это будет стоить немало.
— А что именно?
— Это пока секрет и сюрприз.
— Надеюсь, приятный?
— Надеюсь, что да.
— Видишь ли, милая, в настоящий момент мы почти нищие. Все деньги я вложил в одну сделку.
— С этим гринго Кренкордом?
— Да, он тоже в этом участвует. Так вот, здесь есть, конечно, риск, но небольшой. И через неделю, самое большее две, мы должны разбогатеть. По самым скромным прикидкам раз в десять. Тогда ты сможешь сделать любую покупку; Надеюсь, после этого ты убедишься, что я тоже умею зарабатывать деньги и тебе вовсе незачем работать.
— Ах ты мой бизнесменчик!.. Но все-таки ступай, полежи хоть часок, может, уснешь.
— Хорошо, дорогая, подчиняюсь. К телефону можешь не звать, я дома только для Кренкорда.
— Сейчас же предупрежу Руфино.
— И не забудь про статью в газете, вечером поговорим…
Роза проводила мужа в спальню, а сама спустилась в детскую. Няня Долорес читала Артуро сказку, Мария тоже слушала, а Мигель рисовал. Служанка Мерседес гладила в соседней комнате детскую одежду для прогулок. Картина была мирная и самая обыкновенная, но сердце Розы билось гулко и тревожно. Фабила сегодня рассказал ей, что за несколько часов до своего внезапного сна Рохелио повстречал Дульсину и узнал ее, хотя и с трудом. Его теперешнее состояние и эта встреча, несомненно, связаны между собой. В любом случае Розе следует быть предельно осторожной и внимательной. Еще Фабила порывался во все посвятить Рикардо — тот тоже теперь должен быть все время рядом с женой. Роза сказала, что он и так редко от нее отходит, а говорить с ним о Дульсине все-таки не стоит, так будет лучше и для нее, и для самих сыщиков.
Роза, конечно, опасалась — и за Рикардо, и за себя. Но больше всего она теперь боялась и переживала за маленьких — за Марию, Мигеля и Артуро. Кто знает что происходит в голове этой сумасшедшей мстительницы и ненавистницы? Может, рука ее не дрогнет, чтобы истребить даже малюток. Что из того, что они ее племянники? Для Дульсины они прежде всего «крапивное семя» — дети «неравного» брака, матери которых вышли из нищеты и дикости. Нет, Роза не будет чувствовать себя нормально до тех пор, пока угроза, пусть даже не абсолютная, будет витать над ее детьми и сыном Эрлинды. Их надо вывезти из Мехико куда-нибудь в самую глушь и сделать это тайно, не посвящая в это заранее никого, даже мужа, даже Долорес и Мерседес.
