Я спешу туда, где этим утром был Макгаффин. Запах становится сильнее с каждым шагом. Если Кассандра начнет искать сову раньше и опередит меня, тогда все кончено… Она узнает о проклятье, и я ничего не смогу сделать.
Кассандра отведет меня на совет, где меня будут судить за то, что пыталась обратить парня в мага. Хотя и не хотела этого, лишь пробовала справиться с тревогой и неуверенностью. Хотя и перестала испытывать неприязнь к этому парню.
«Он ненавидит ведьм», – напоминаю я себе. Я редко вспоминала об этом в последние дни. Пайк ненавидит ведьм, и я создала проклятье, чтобы обратить его в мага. Вот почему мы пошли в этот поход. Вот на чем я должна сосредоточиться.
Я следую за магическим ароматом, перепрыгивая огромные корни и пробираясь сквозь густые кусты ежевики. Я не обращаю внимания на дождь, бешено колотящееся сердце и вопросы, вертящиеся в голове.
Мы с Пайком пробираемся через чащу и выходим на полянку. Вдруг слышится знакомый рев, отдаваясь болью в ушах и эхом в груди.
Зверь очень близко. Слишком близко.
– Пайк?
Я замираю на месте и вытягиваю руку, чтобы он тоже остановился. В этот момент черный медведь впереди нас оглушительно ревет.
– Черт, черт, – тихо ругается Пайк, медленно снимая рюкзак.
Я смотрю на медведя. Мне страшно применять магию. Сначала нужно понять, что происходит. На спине у зверя большой ожог. Красная обгоревшая кожи и клоки паленого меха. Ожог серьезный. Рядом с медведем на земле разбросаны перья, коричневые, с белыми пятнами. Они все в крови. Я отшатываюсь, понимая, что произошло.
Крыло у Макгаффина еще заживает, и, вероятно, он не стал высоко залетать на дерево, чтобы облегчить себе охоту. Медведь посчитал сову легкой добычей. Мне становится плохо, когда я представляю себе их борьбу. Медведь получил сильный ожог – а в воздухе висит резкий запах металла, – только если Макгаффин пострадал. Он усилитель, и несет в себе много магии, которая при ранении выльется из раны. Вот почему медведь получил ожог, а воздух напитался ароматом магии.
Только так можно все объяснить.
Пайк не превратился в мага, а значит Макгаффин жив и продолжает нести в себе проклятье. Я тянусь к сове, следуя за связью через окутанные магией деревья. Птица совсем недалеко, и я выдыхаю с облегчением.
– Надо что-то делать, – говорит Пайк.
Медведь снова рычит и делает к нам шаг.
– Эгей! – кричит Пайк.
Он вскидывает руки над головой и выпрямляется в полный рост, пытаясь выглядеть как можно агрессивнее.
Так и нужно вести себя. Пайк делает все как надо, но медведь ранен, и я хочу помочь ему. Если приведу его к реке, вода смягчит ожог. Нужно попытаться.
Но тогда придется бежать. Если я поступлю иначе, это вызовет у Пайка подозрения. Ни при каких обстоятельствах он не должен увидеть магию.
Я хватаюсь за куртку и начинаю дрожать, словно от испуга.
– Не волнуйся, Айрис, – успокаивает Пайк, поверив в мой обман.
Я учащенно дышу, и Пайк нежно касается моей руки.
– Он не хочет навредить нам. «Просто ранен», – твердо говорит он.
«Иди за мной», – зову я медведя, отправляя магию зверю и уговаривая подойти ближе.
Медведь послушно делает шаг вперед, глядя прямо на меня. Пайк напрягается и достает спрей из кармана. Но поздно.
Я бегу, и медведь мчится за мной.
Мой план рискован. Я посылаю зверю как можно больше магии, убеждая, что хочу помочь. Но я убегаю, и инстинкты кричат животному напасть на меня, бежать все быстрее.
Медведь может легко меня догнать, и я окутываю его магией, давая почувствовать, что ему ничего не угрожает. Я ощущаю, как бьется его сердце, как лапы ударяются о землю. Он бежит неловко, заваливаясь на здоровый бок, но все же довольно быстро.
Я пробираюсь между деревьями, перепрыгиваю через кусты. Дождь хлещет в лицо, и мне трудно что-то разглядеть. Бегу на шум реки, мои волосы развеваются позади и на душе легко, словно и должна бегать по лесу с животными, которых обожаю. Словно ни проклятье, ни Магический совет, ни одиночество не тронут меня здесь.
Я всегда тщательно продумываю все, проверяю и перепроверяю свои списки, репетирую по ночам возможные разговоры, но я так старательно укладывала жизнь в четко очерченные рамки, что забыла самое главное: я такая же дикая и необузданная, как магия в моей крови, как звездная пыль в космосе, и потому я бегу.
Пайк кричит медведю, и его крик заглушает мое тяжелое дыхание. Он пытается отвлечь зверя на себя. Я чувствую, как медведь хочет побежать к Пайку, и посылаю еще магию, обещая, что скоро все закончится.
Пайк с криками бежит за нами, и я оглядываюсь на него. Он размахивает зажженной сигнальной ракетой над головой, пытаясь отогнать медведя. Картина такая нелепая, что мне хочется смеяться, хотя Пайк и сильно усложняет мне задачу. Я бегу быстрее, начиная задыхаться. Мне срочно нужен ингалятор.
Наконец впереди показывается река. Я обещаю медведю, что скоро ему станет лучше и вода облегчит боль. Подбежав к реке, отскакиваю в сторону, а медведь бросается в воду.
