– Горелые, говоришь? Слышь, «Анархия», вам ваша база дорога? Или, может, хотите, чтобы кровососы из деревни в гости заглянули? Так я устрою!
Ответил бармен:
– Нет, господа темные, нам таких гостей не надо. Прошу у вас прощения за это недоразумение… – он кивнул, и двое «анархистов» шустро вынесли болтливого сталкера из бара. – Он больше вам не помешает. Я в свою очередь могу сгладить для вас неприятное впечатление бесплатным ужином.
Темный подумал.
– Хорошо. На первый раз извинения принимаются. Показывай, чем сегодня кормишь.
Бармен едва заметно выдохнул.
Я покачала головой и вышла из бара. Братик, ау!
Но других темных на территории базы не оказалось. Так. Ладно, фиг с тобой, рыбка золотая. Все равно Зона сведет, встретимся, никуда ты не денешься.
И, видимо, для начала все же придется поговорить с этими двумя. Бывшим «законником» и его напарником.
Я устроилась в старых развалинах прямо напротив входа в бар. Понятия не имею, почему «анархисты» до сих пор не растащили их подчистую, но наблюдать отсюда оказалось удобно. С другой стороны, кого им опасаться на территории собственной базы? Тем более что, по негласному правилу, у баров – что здесь, что под крылом «Закона» – все разборки автоматически сходили на нет.
Так что, когда темные вышли, мне оставалось только приподняться и махнуть рукой.
– Поговорим?
Стас многое мне рассказал про жизнь темных, а что-то я подсмотрела и сама. Так что с первого взгляда, еще в баре, определила, что среди этих двоих новенький только тот, что пониже. «Законник». Второй изменился давно. Значит, правила клана ему должны быть хорошо известны и я ничем не рискую, выдав ему свое имя.
– Про Дикую знаете?
«Законник» вздрогнул, старший темный только кивнул.
– В курсе. Нашла в Зоне брата.
– Где он сейчас?
Он сплюнул.
– Тебе туда не пройти. Много радиации.
– Передайте ему, у доктора есть новости. Безымянный знает, о чем. Вас-то как зовут? – неожиданно для самой себя спросила я.
Он приподнял бровь.
– Нас величают темными.
Я фыркнула. Насмотревшись на брата, я уже плюс-минус понимала специфическое чувство юмора темных сталкеров.
– Это понятно. А зовут как?
– Меня зови Верблюдом, его Кексом.
– Приятно познакомиться.
Верблюд снова посмотрел удивленно. Снова сплюнул, потом ухмыльнулся.
– Ну-ну. Взаимно.
Эх, почему нет телепорта прямо с Барьера – да к нынешнему местоположению Безымянного? И фиг с ней, с радиацией.
Только вот завтрашнюю встречу мне пропускать нельзя.
Заснув, когда сумерки только начали опускаться на Зону, проснулась я задолго до рассвета. Во-первых, вряд ли неведомый взломщик будет меня ждать. Во-вторых, в ранние утренние часы Зона и правда миролюбивее. Так что, с тоской посмотрев на теплый пока еще спальник, я вздохнула и решительно сложила его в рюкзак.
Над дорогой, уходящей в сторону дальнего хутора, стелился туман, поэтому я взяла левее. Дорогое мое и любимое бездорожье… Там гораздо меньше риск нос к носу столкнуться со спрутом, да и от людей уйти гораздо легче.
Часовой проводил меня сонным взглядом. Я на прощание махнула рукой. Здесь, у базы, еще можно рассчитывать на огневую поддержку, а дальше, как водится, каждый сам за себя. В смысле, что вряд ли «анархисты» прибегут выяснять, если вдруг начнется стрельба. Хотя с чего бы ей начинаться? Поднявшись на холм, я внимательно осмотрела дорогу, которая отсюда просматривалась довольно далеко в обе стороны. Вдали шагает одиночка – и пусть шагает. Пока я спущусь к дороге, обогнув по пути «молнию», он уже скроется за горизонтом. Попутного ветра, собственно.
А мне нынче ровная дорога не по пути. Туман-то рассеется быстро, но там аномалии, да и через холмы получится короче. Так что я, вздохнув, пошла глотать радиацию, которая здесь нет-нет, да и появлялась независимо от Выброса. Вот, например, только вчера ходила этими же местами, возвращаясь от Лисяры в бар. Молчал дозиметр. А сейчас напоминает о своем существовании редким потрескиванием. Ну, ничего, не страшно. До лучевой болезни пока далеко. Точно дальше, чем до Черного рынка.
Снова обойдя «птичью карусель», я вышла на финишную прямую. Если не нарвусь сейчас на спрута…
– Стоять, руки!
Опять…
Я повернулась, готовая обрадовать военсталов наличием пропуска, но наткнулась взглядом на синюю форму. Ой-ей! И почему на этот раз меня не успокаивает мысль, что они не стали стрелять сразу?
– Как зовут?
– Дикая.
– Как давно в Зоне? Что здесь делаешь?
– Да с пару месяцев точно. Брата ищу.
Какие интересные вопросы. Кого ж наемники ищут?
– Вчера где была?
– Днем по Барьеру ходила, вечером в бар зашла.
– Что ела?
Нет, это определенно оч-чень интересные вопросы!
– Суп. И чай с бутербродами.
Наемник, который меня допрашивал, обернулся к тому из группы, кто стоял ближе.
– Не похоже, что она. Помнит все, на вопросы отвечает четко.
Я, продолжая держать руки на почтительном расстоянии от своего оружия, рискнула добавить:
– Ребят, если что – я вас не видела…
– Ладно, вали отсюда. Не оглядывайся! – наемник резко повысил голос.
– Что я, самоубийца, что ли?
