– Ну, у Алексеича не очень-то забалуешь. На дверь разом покажет. Раз терпит, значит, и вправду по делу, – не согласился дежурный.
– Давно с ним в одной упряжке? – рискнул спросить парень.
– Так, почитай, годков десять уже. Год назад пулю словил, да Владимир Алексеевич, дай ему Господь, не стал со службы гнать и вот место нашёл. Так что я теперь и при службе, и при доме, – разоткровенничался мужик.
– Ну, хороший командир дорогого стоит, – кивнул Мишка.
– Вот-вот, – тут же согласился мужик.
Где-то в помещении хлопнула дверь, и тяжёлые шаги возвестили, что контрразведчик освободился. Мишка вопросительно посмотрел на дежурного.
– Погоди чуток, – качнул тот головой.
Спустившийся голова явно был в расстроенных чувствах. А увидев Мишку, расстроился ещё сильнее. Это выразилось в том, что он резко остановился и, окинув парня долгим, мрачным взглядом, прошипел:
– Сбежал, дезертир.
– Вы, сударь, сбрендили или белены объелись? – вежливо поинтересовался парень. – Это откуда я дезертировал, если не служил нигде? Годами для службы не вышел.
– Нам помощь твоя нужна была, а ты… – голова только рукой махнул, не подобрав приличных слов.
– А вы купца Кособородова о помощи попросите. Денег же у него брать не смущаетесь, – зло усмехнулся Мишка.
– Да как ты… – задохнулся голова от возмущения.
– Что здесь происходит? – громыхнул голос контрразведчика, и голова моментально сдулся, словно воздушный шарик, из которого воздух выпустили. – Господин голова, я же сказал, я вас больше не задерживаю, – продолжал громыхать офицер. – Миша, пошли, – повернулся он к парню. – Василий, на сегодня больше никого не пускать. Я занят.
– Будет сделано, ваше высокоблагородие, – вытянулся во фрунт дежурный.
– На второй этаж ступай, – указал офицер парню.
Поднявшись в кабинет, Мишка с интересом огляделся и, не спрашивая разрешения, присел к столу. В кабинете, кроме двух столов, установленных буквой «Т», стульев, кресла, сейфа и большого шкафа, ничего не было. Усевшись на своё место, контрразведчик устало потёр шею ладонью и, закурив, тихо сказал:
– Спасибо, что сразу приехал. Расскажи, что там, на заимке, случилось. Могу тебе сразу сказать, что графиня сама всё рассказала. Но она, как ты сам понимаешь, женщина и могла многое упустить. А ты, я знаю, парень внимательный и думать умеешь. Сколько человек за ней пришли?
– Всего четверо. Трое иностранцев и один наш. Его просто для извоза наняли. Он их в санях дожидался. Обычный крестьянин. Фёдор Зайцев. Я его допросил да отпустил.
– Почему? Ведь он может ещё кого на твою заимку навести.
– Не сможет. Он с обозом на реке стоял, а заимка моя дальше по ручью стоит. Да и не станет он этого делать. Я ему наплёл, что в этом деле политика замешана и что если рот откроет, его вместе с семьёй спалят. А убивать не стал, потому что лишней крови не хочу. Простой мужик, которому просто семью кормить надо. Да и куда потом лошадей девать было? Это ведь такая приманка для хищников, что и самих сожрать могут.
– М-да. Об этом я не подумал, – вздохнул контрразведчик. – Ну, а про остальных что скажешь?
– Одного я сразу зарезал, так что могу только сказать, что силён, вынослив, но, похоже, был у них на подхвате. Второй, крепкий, сильный, видимо, отвечал за силовую сторону дела. А вот тощий, это который третий, тот голова. Мозг. Я в сенях задержался чуток. Пришлось красться, чтобы шума не поднять, и услышал кое-что. О чём говорили, не знаю, не по-нашему разговор шёл. Но говорил только он. Второй только иногда в разговор встревал. Но по-русски говорил тощий свободно.
– Значит, из-за чего весь сыр-бор, ты не знаешь? – подумав, уточнил офицер.
– Только то, что мне сама графиня рассказала.
– И что она тебе рассказала?
– Что всё дело в каких-то бумагах, которые от её мужа покойного остались. А где это всё искать, она и знать не знает.
– Вот и мне она то же самое сказала, – задумчиво протянул контрразведчик.
– Думаете, обманывает? – осторожно поинтересовался Мишка.
– Что? А, нет. Не знаю, – очнувшись от размышлений, быстро ответил офицер, что ясно показало парню его сомнения.
– Думаю, она правду говорит, – не удержавшись, вздохнул Мишка.
– С чего так решил? – насторожился офицер.
– Не в том она тогда состоянии была, чтобы так просто лгать. Плакала. Да и побили её крепко. С чего бы ей такие мучения терпеть, если можно просто отдать те бумаги и жить спокойно? Чего проще? Позвала с собой одного из этих в банк, там достала бумаги да отдала. А сама осталась. Эти ушли, потом и сама сбежала, – в нескольких словах объяснил алгоритм передачи документов Мишка.
– Верно. Так можно, – подумав, кивнул контрразведчик. – А ещё она очень просила меня за тобой присмотреть. И как я это сделать должен? – иронично усмехнулся он, явно намекая, что, пока парень не в его службе, у него руки связаны.
– Ну, это она малость погорячилась, – усмехнулся в ответ Мишка. – Это пока меня не трогают, я тихий. А если тронут, так ведь я и войну устроить могу. Сами знаете, мне кровь лить не привыкать. Озверею, все кровью умоются.
