— Миссис Дойл начала получать по почте разные вещи. Сперва это были три письма — грубо нацарапанные записки — а затем, примерно год назад, пришла видеокассета с сообщением. С тех пор больше не было никаких контактов. Те письма вынудили нас нанять еще одного детектива, чтобы снова отыскать Мартина. Это было почти год назад, сразу после прибытия той видеокассеты. В конце концов нам пришлось нанять трех частных сыщиков, прежде чем мы получили хоть какие-то убедительные ответы касаемо местонахождения Мартина. — Она подняла со стола папку из манильской бумаги, открыла ее и показала мне визитку и фотографию лысого, полного, немолодого мужчины с пышными усами. — Это Уильям Томпсон, частный детектив из Бостона, который искал Мартина и…
Впервые с тех пор, как я встретил Джанин Каммингс, я заметил, как ее невозмутимый вид нарушил нервный тик.
— И что? — спросил я.
— Он исчез. В последний раз его видели в Аризоне. Последним контактом с ним был его звонок, во время которого он сообщил, что Мартин, возможно, находится в Мексике и что тот связался с каким-то религиозным культом. Больше мы не получали от мистера Томпсона никаких вестей. На самом деле никто не получал. Последующее полицейское расследование ничего не дало. Он будто сквозь землю провалился.
— У полицейских не было подозрений насчет убийства? — спросил я.
Джанин закрыла папку и вернула ее на стол.
— Очевидно, у мистера Томпсона была серьезная игровая зависимость. Он задолжал значительные суммы денег некоторым довольно сомнительным персонажам, и полиция полагает, что это может как-то быть связано с его исчезновением. Они считают, что он намеренно ускользнул в Мексику и пропал.
Я повернулся к миссис Дойл.
— А вы как считаете?
— Я не знаю, — тихо произнесла она. — Но надеюсь, что так оно и есть.
Дождь стучал по стеклянным стенам.
— Затем мы наняли третьего сыщика, — сказала Джанин. — Женщину, по имени Конни Джозеф, тоже из Бостона. Она оказалась гораздо надежнее и смогла получить дополнительную информацию, одновременно подтвердив некоторые из первоначальных отчетов мистера Томпсона. Она выяснила, что Мартин действительно находится в Мексике — глубоко внутри страны — и что он не только связан с неким культом, но и, похоже, является его лидером. Мисс Джозеф отказалась от дальнейшего расследования, поскольку это означало бы поездку в Мексику. Отказалась, несмотря на ту щедрую сумму, которую ей предложила миссис Дойл.
— Она была напугана, — внезапно произнесла мать Мартина. — Я не думаю, что когда-либо видела, чтобы кто-то был так напуган, так глубоко парализован страхом.
— Это произошло четыре месяца назад.
У меня начали дрожать руки, поэтому я спрятал их, положив на колени. Я убил бы ради выпивки и покалечил бы ради сигареты.
— Чем она была так напугана?
— Возможно, это видео содержит ключ, — ответила Джанин.
— Разве та женщина не смотрела его, прежде чем взяться за дело?
— Смотрела, но, когда мисс Джозеф вернулась с Западного побережья, она была сама не своя. Расстроенная, растерянная и, как уже сказала миссис Дойл, страшно напуганная. Видимо, через несколько недель после того, как она бросила дело, у нее случился нервный срыв. Я не уверена, что она сейчас вообще занимается частными расследованиями. Насколько нам известно, у нее не было тех проблем, с которыми сталкивался ее предшественник, поэтому перемена в ее поведении остается загадкой. С ее слов, она чувствовала, что Мартин проник ей в голову, и она не могла избавиться от него.
Я обменялся смущенными и тревожными взглядами с обеими женщинами.
— Значит, перед тем, как вернуться и бросить дело, она действительно контактировала с Мартином?
— Нет. Она была в Мексике недолго — в Тихуане — но так и не нашла его.
— Это очень тревожит, — сказал я, стараясь проявлять хладнокровие, хотя боялся закрыть глаза, поскольку знал, что мог там увидеть. — Но я не понимаю, какое это имеет отношение ко мне.
— Прежде чем мы обсудим это, — сказала Джанин, — мы хотели бы, чтобы вы посмотрели эту видеокассету.
— Когда ты посмотришь ее, думаю, все поймешь. — Миссис Дойл протянула руку и коснулась моего плеча. — Ты был его лучшим другом, Филлип. Мартин восхищался тобой.
— Это же было много лет назад. Мы были всего лишь детьми. А сейчас, наверное, даже не узнаем друг друга, если встретимся на улице.
Невзирая на мои возражения, миссис Дойл указала на тележку в центре помещения.
Быстро кивнув, Джанин подошла к видеомагнитофону и нажала кнопку воспроизведения.
Видеозапись началась с помех, а затем в кадре появилась грунтовая дорога. Изображение тряслось и подпрыгивало так, что сложно было разобрать, на что именно я смотрю. Очевидно, оператор находился на пассажирском сиденье пикапа и снимал через лобовое стекло, залепленное грязью и мертвыми насекомыми. Сквозь два расчищенных «дворниками» полумесяца проглядывала грунтовка. Автомобиль, судя по всему, на высокой скорости несся по неровной поверхности, отчего в кабине все бренчало и гремело. В какой-то момент камера сместилась влево и захватила что-то, болтающееся на зеркале заднего вида: окровавленную куриную ногу.
