С рук сорвался фиолетовый свет, такой слабый, что даже одну из глубоких борозд, оставленную когтями она смогла затянуть лишь на половину. А их было еще семь! К концу первой бороздки ее начало тошнить, но она задвинула это ощущение куда подальше.
Во рту пересохло. Голова кружилась, но девушка, закусив губу, упрямо черпала остатки своих сил, осушая себя полностью, и дрожащими руками сшивала-стягивала раны. Как в детстве, когда ее часами заставляли монотонно вышивать никому не нужное приданное.
Меррит обессиленно пошатнулась, ощутив накатившую волну слабости. Прикрыла на миг глаза. И только солоновато-сладкий вкус крови, и тихое скуление Призрака, вернули ее из забытья. Она обернулась, отыскивая глазами мантикора.
— Прости, друг, — сорвалось неразборчивое. — Нужно было лечить тебя, тогда я хоть кого-нибудь спасла, — призналась обреченно.
И собрав остатки сил, направила на еще одну рану. Четвертую. Всего лишь четвертую.
— Прими меня, — вдруг услышала она уже знакомый инфернальный голос. — Прими меня. И спасешь обоих. Я дам тебе силы, — искушал он ее, нашептывая на все лады. — Прими!
Меррит бросила взгляд на мужчину у ног, на свернувшегося клубочком мантикора и качнула головой. У нее нет выбора. Что стоит ее жизнь, если эти двое умрут?
<p>Глава 30</p>Меррит плыла в бесконечном сером мареве, так похожим на то, по которому она брела. И в тоже время удивительно непохожим.
— Наконец-то!
Девушка обернулась, но никого не увидела.
— Долго же пришлось тебя ждать. Уговаривать.
— Где вы?
— Я? — рассмеялся голос. — Я — это ты. Я внутри тебя.
Из окружившего ее сумрака вынырнула тень и закружилась вокруг нее.
— Я то, что всегда хотели у тебя отнять, — шепнула она и вдруг рассмеялась: — Раньше ты была проще.
— Раньше?
— Давно, — тень шевельнулась будто мотнула головой. — Очень давно. Так давно, что я почти забыла о тебе. А теперь смотри.
Тень завертелась, увлекая Меррит за собой…
Они зависли над крепостью, в которой девушка с удивлением узнала Риас-Аш-Ан.
— Поспешите они скоро будут здесь, — запыленный всадник спрыгивает с огромного мантикора, швыряет поводья в сторону.
— Обещайте, что откроете двери, как только станет безопасно, — требует женщина с ребенком на руках и все остальные серьезно кивают и ждут затаив дыхание.
— Обещаем, — заверяют мужчины, сжимая рукояти мечей.
— Быстрее, — торопят их откуда-то сверху.
— Берегите себя. Вы наша надежда, — просит мужчина, обнимая хрупкие плечи женщины.
— И вы себя.
Рыдает ребенок, вцепившись в длинный плащ отца. Его отдирает такая же плачущая мать. Кто-то из детей подскакивает от нетерпения, но все так же, оглядывается на мужчин.
— А папа?
— Папа останется здесь.
— И мы никогда не увидимся?
— Когда станет безопасно.
Поток женщин и детей не прекращается. Мальчишки, совсем молодые, не желают уходить.
— А кто защитит там наших женщин? — спрашивает один из воинов, и спор утихает так и не начавшись.
— Береги младших, брат, — просит молодой мужчина. Меррит оборачивается и замирает, узнавая знакомые черты первого герцога.
— Береги себя, Хашар, — отвечает парнишка, держа на руках маленькую девочку….
