— Я при этом случайно присутствовал. И слышал собственными ушами. Канонада гремела — аж эхо катилось, но всех им перебить не удалось. Ещё много осталось. В лесу я бы не охотился, а на лугу — это дело другое.
Коллектив долго смотрел на Каролека, бросив всякую работу. Процесс дозревания коллектива проходил молниеносно.
— Натуральный животный белок и так далее, — воскликнул озарённый Януш. — Ну и ну… Ты знаешь, это идея!
— Ха! — крикнул Лесь, и тон этого вопля говорил сам за себя.
— Надо продумать все как следует, — повелела Барбара. — Поехали, планируем предварительный проект…
В этот момент открылась дверь и в комнату ворвался зав мастерской.
Усилия главного инженера по усмирению чувств начальника подействовали как напёрсток масла на водяной смерч. Однажды преодолев в себе защитный барьер страусиной политики, шеф двинулся вперёд, как ураган. Он с грохотом ворвался в комнату, а за ним появился в дверях глубоко встревоженный главный инженер.
Поглощённый новой темой коллектив осёкся на полуслове и уставился на начальника полным безграничного изумления взором. Зав мастерской был по натуре человеком уравновешенным, сдержанным в своих чувствах, скупым на слова и жесты. Рвущиеся теперь наружу стихийные страсти были чем-то совершенно необычным, непонятным, просто-таки невозможным и предвещали нечто кошмарное.
Зав мастерской сдавленным голосом обратился прямо к Янушу:
— Где этот?… Где у тебя?… Этот, ну! Где этот?…
Януш смертельно испугался.
— Ей-богу, не знаю! — поспешно поклялся он, не уточняя, где у него что.
Зав сделал над собой усилие, по крайней мере в овладении языком человеческого общения.
— Где этот?… Этот, ну этот…
— Заказ, — подсказал главный инженер вполголоса.
— Заказ! Где у тебя этот заказ?
Януш по-прежнему не обращал внимания на содержание вопроса, поскольку окончательно сдрейфил от тона, каким он был задан.
— Честное слово, я не знаю! У меня ничего нет!
— Должно быть! Отдай мне его немедленно! Мы категорически не будем принимать в этом участие! Даже если меня снимут!… Пойду улицы подметать!
Остальные трое стали понемногу соображать, в чем дело. Однако Януш осознавал лишь неопределённую личную угрозу, поэтому мозг его словно парализовало.
— Хорошо, я тоже пойду подметать, — поспешно согласился он. — Сейчас?
— Немедленно! — разогнавшись, возопил начальник, повелительным жестом протянув руку вперёд. Он так и замер в этой позе, не в состоянии больше пошевелиться.
Простёртая длань руководителя мастерской окончательно лишила Януша способности думать. Он таращился на неё в паническом страхе. Главный инженер посчитал должным вмешаться.
— У тебя письмо от заказчика касательно крупной панели в оздоровительном центре, — сказал он по-прежнему вполголоса. — Отдай ему это письмо.
В мгновение ока Януш сообразил, в чем дело, и ему стало плохо. Он повернулся, выдвинул ящик и стал в нем копаться, а простёртая длань начальника упорно держала в подвешенном состоянии его умственные способности.
— Идиот, — вдруг сказала Барбара с крайним омерзением.
Януш замер над ящиком, а зав мастерской развернулся как по команде «кругом!», опустив наконец руку.
— Абсолютный кретин, — презрительно повторила Барбара. — Мозги у тебя отшибло, что ли? Скажи ты ему наконец правду, не задушит же он тебя.
По правде говоря, шеф выглядел так, словно передушить всех сотрудников — это ему раз плюнуть. Однако простёртая длань опустилась долу, и к Янушу вернулась способность мыслить. Он нашёл выход.
— Хорошо, — заявил он решительно, задвигая ящик. — Я скажу тебе правду: фигушки.
Зав не понял этой простой и исчерпывающей информации. Он снова повернулся к Янушу и вопрошающе вперил в него дикий взор, не говоря ни слова.
— Ты чего? Я ведь ясно говорю, — рассердился Януш. — Фигушки! Нет этого заказа.
— Как это нет? Ведь он был!
— Был. Но теперь нет.
— А где он?
Януш набрал побольше воздуха.
— Я его выбросил! — сказал он мужественно.
— Что?!…
— Я его выбросил! Со злости! К чертям собачьим крупнопанельное строительство! Я решил, что с крупной панелью работать не стану, и заказ выбросил! Можешь теперь меня вытурить!
На целых две секунды у всех перехватило дыхание. Потом вдруг лицо руководителя мастерской просияло, а сумасшедший блеск пропал из глаз. Воображение у начальника было отнюдь не хуже, чем у любезных его сердцу подчинённых. Он тут же почувствовал родственную душу и немедленно вообразил себя во главе сопротивления, на горячем коне, с мечом в руках. Гусарский доломан заполоскался у него за спиной… Поверженный враг, порубленный в капусту, лежал у его ног…
Зав мастерской прогнал чудесное видение и почти успокоился.
— И очень правильно, — похвалил он невероятно ошарашенного Януша. — То есть, может быть, излишне было выбрасывать, надо было просто ко мне прийти, но я тебя понимаю. Заказчики хотели, чтобы оздоровительный центр строили из крупной панели? Да?
Януш кивнул.
— Они написали, что панель у них есть, так? И они хотят её использовать? Для экономии. Да?
