Рио приготовил ей прохладный напиток. Он видел, как изнутри её разъедает боль. Двое маленьких детей оказались заброшенными в мир жестокости. Он знал, на каких жёстких законах выросла их мать. Вероятно, она старалась воспитать своих детей нравственными, честными и с чувством собственного достоинства. Он протянул ей напиток и уселся на пол, взяв в руки её раненую ногу.
Рейчел опустила взгляд на его лицо, и не нашла в нём признаков осуждения. В его выражении не было ничего кроме поддержки. Заглянув ему в глаза, она увидела сострадание, и ей пришлось отвернуться.
На глаза навернулись слезы, но она не позволила им пролиться. Боялась, что если шлюзы откроются, то она просто не в состоянии будет их закрыть.
Рейчел пила сок маленькими глотками и размышляла, как ему сказать. Что сказать. Она никому никогда и ничего не говорила. Люди умирали за информацию, которой она владела. Рио аккуратно смыл грязь с её ноги и осторожно проверил колотые раны. У него были уверенные и умелые руки, при виде которых её сердце ёкнуло в груди. Она прикоснулась к его макушке и провела рукой по густым волосам.
— Ты очень хороший человек Рио. Не позволяй старейшинам или кому бы то ни было уверить тебя в обратном, — сказала она от всего сердца.
Рио склонил голову к её ноге и поцеловал самый большой шрам.
— Что произошло с тобой и твоим братом, Рейчел?
— Мой дядя Армандо руководил бизнесом на пару с отчимом. Они ведь близнецы, я упоминала об этом? Мы считали, что они очень близки друг другу. Мы проводили в его обществе много времени. Он постоянно приезжал на обед. Относился к Элайдже, как к собственному сыну. Даже брал с собой на бейсбол и на болота. Мы думали, что он любит нас. Но он, конечно же, претворялся. Я никогда не слышала, чтобы Армандо и Антонио ругались. Ни разу. Они всегда радовались друг другу и при этом казались искренними.
Когда она замолчала, Рио поднял глаза и, нахмурившись, уставился на напиток в её руках. Он ждал. Чтобы она не перенесла в прошлом, он готов терпеливо дожидаться конца рассказа. Он был уверен, что она доверила ему то, о чем никогда и никому не говорила.
Рейчел глубоко вздохнула и перевела взгляд на дверь. На окна.
— Ты уверен, что мы здесь одни? Ким умеет слышать на расстоянии? — спросила она тихо, её голос звучал, как призрачный шёпот и слова словно были произнесены маленькой девочкой. — Ежедневно в нашем доме производился поиск электронных приборов. Иногда два раза в день. Перед тем как сесть в какую-либо машину, Элайджа приказывал осматривать её на наличие бомб.
Рио сжал пальцы вокруг её щиколотки, лишь бы прикоснуться к ней. Желая стать для неё надёжной опорой.
— Должно быть, невыносимо постоянно жить в страхе, что кто-то хочет тебя убить.
— Мне было девять лет, когда я зашла в комнату и увидела своих родителей убитыми. Армандо снова и снова вонзал нож в тело своего брата. Мама к тому времени была уже мертва. Он перерезал ей горло. Вся комната была залита кровью.
Рио понял, что Рейчел полностью погрузилась в свои воспоминания, где она снова маленькая девочка, которая возможно только что вернулась со школы домой, и, спеша показать своим родителям что-то особенное, наивно заглянула к ним в комнату. Он крепче сжал пальцы.
— Когда Армандо поднял глаза, то увидел меня. Я закричала. Помню, что в тот момент я не могла перестать кричать. Как бы я ни старалась, я не могла заставить себя замолчать. Он подошел ко мне с ножом. Повсюду была кровь, на нем, на его руках. Я просто стояла и кричала. И он бы убил меня. Он ничего не мог поделать, он должен был меня убить. Я стала свидетелем того, как он убивает моих родителей.
— Почему он оставил тебя в живых? — спросил Рио сквозь скрежет зубов. Она выдала тайну и резко смолкла. Душевная травма настолько срослась с ней, что вырвать её до конца не удастся никогда. Он понимал, что в последующие годы жизнь Рейчел не становилась лучше, об этом свидетельствовал миллион долларов назначенный за её голову.
Рио поднял её и усадил себе на колени, укачивая в колыбели своих рук. Она прильнула к нему, ощущая себя в его руках уютно и в полной безопасности. Лицом она уткнулась ему в шею.
— Пришел Элайджа. Армандо хотел видеть его живым больше, чем меня мёртвой. У него не было своей семьи и никого, кто унаследовал бы империю, чтобы позаботится о работе всей его жизни. Он брал с собой Элайджу на незначительные мероприятия, чтобы показать ему какой большой вес он имеет в обществе. Но тогда Армандо стоял в спальне моих родителей, под его ногами растекалась их кровь, а к моему горлу он приставил нож и потребовал, чтобы Элайджа выбирал. Или он поклянётся в верности и станет ему сыном, или он убьёт меня прямо на его глазах.
— И Элайджа выбрал тебя.
Рейчел не могла посмотреть ему в глаза.
