— Я пошла к дому Марсии, оставив охранников дожидаться меня снаружи. Тони и я сели в машину Марсии и отъехали. Охрана меня не заметила, проезжая мимо них я пригнулась, словно что-то потеряла. Мы проехали уже несколько миль, и только я подумала, что мы в безопасности, как в следующую секунду поняла, что мы мчимся на огромной скорости, пытаясь уйти от машин, зажимающих нас с обеих сторон. Нас преследовали люди Элайджа, а не Армандо. Я знала их всех. Они вынудили нас прижаться к обочине. Брат открыл дверь и выдернул меня наружу. Со всех сторон звучали крики. Неожиданно Элайджа достал и направил пистолет в голову Тони.
Рейчел закрыла лицо руками.
Её рыдания разрывали ему сердце, они исходили от женщины, обладающей невероятной храбростью и самообладанием, от этого на душе становилось ещё тяжелее. Рио убаюкивал её в своих руках, прижав к её голове свою. Внутри роились мысли, зачем брату понадобилась убивать сестру, если ради её спасения он пожертвовал своей честью.
— Я до сих пор не могу поверить, что он это сделал. Так много смертей на моих руках! — Она подняла руки ладонями вверх. — Я чувствую на них кровь каждого человека, с которым имела хоть какие-то отношения. Все, в чем повинен Элайджа, он совершал из-за меня. В тот момент он пребывал в бешенстве. Он тряс меня и твердил, что ему следовало приставить пистолет к моей голове.
В нём бурлил такой водоворот эмоций, что Рио не знал, какие именно чувства он испытывает. Нутро разрывало от ярости и слез. Ему хотелось выследить её брата и дядю, а потом разделаться с ними раз и навсегда.
— Рейчел,
Рио чувствовал себя последним идиотом, бормоча эти слова, но он был сражён Рейчел, когда она приняла его собственное уродливое прошлое. После всего, через что ей пришлось пройти, и вопреки совершенной им мести она не стала его судить. И если бы он знал хоть какую-нибудь поэму, то процитировал бы, лишь бы уменьшить её страдания.
Рейчел взяла его лицо в свои ладони.
— Элайджа никогда не прекратит мои поиски. Тебе нужно знать моего брата так, как знаю его я, прожив с ним много лет. Он трудился не покладая рук за спиной у Армандо, чтобы мы могли свободно дышать. Все эти годы мы жили в аду, на волосок от смерти. Изо дня в день Элайджа ходил по тонкому льду. Чтобы никто не заподозрил о наших планах, мы шептались и передавали друг другу записки, а потом сжигали их. Всю мою жизнь он оберегал меня от Армандо.
— Должно быть, это была тяжёлая жизнь.
— У нас не было жизни. Мы продолжали ходить в школу, но никогда не приглашали друзей домой. У нас их и не было. Мы не доверяли никому, только друг другу. Не было ни свиданий, ни вечеринок. Только постоянный страх. Иногда, когда Армандо казалось, будто Элайджа не заботится о бизнесе, он со своими людьми врывался в наши комнаты посреди ночи. Армандо приставлял нож к моему горлу или пистолет к голове и тащил в спальню брата. Элайджа всегда сохранял холоднокровие. Никогда не плакал, никогда не паниковал. Просто смотрел на них, потом на меня и спрашивал: «Что ты хочешь, чтобы я сделал?» И все. И так каждый раз он спасал мне жизнь.
— Почему ты стыдишься?
— Элайджа продавал наркотики. Уверена, даже убивал людей. До всего этого он лучился смехом и был так красив. А сейчас никогда не улыбается. У него не осталось своей жизни. Только моя. Всю жизнь он расплачивается за мою безопасность. Лучше бы они меня убили. Тогда бы Элайджа освободился. Он связал бы концы с концами и убежал. Брат умеет перевоплощаться как хамелеон. Армандо со своими людьми никогда не смогли бы его отыскать.
— Похоже, у твоего брата очень неординарная личность, и таким он был ещё с юности. Я бы хотел с ним познакомиться. Возможно, вместе мы смогли бы что-нибудь придумать.
— Разве ты не понимаешь, я не хочу, чтобы вы знакомились? Это больше не мой Элайджа! Он превратился в незнакомца. Мрачного, опасного, извращённого. Я не говорю, что он само воплощение зла. Элайджа пытался выйти из наркобизнеса и распродать компании, связанные с нелегальным бизнесом. Он дал мне слово, что покончит с этим. Ведь мне принадлежала половина всего этого.
— Значит, если ты умрешь, всё перейдет к нему?
Рейчел кивнула.
— Он не будет убивать меня ради денег, если ты об этом. Это неоспоримо. Я никогда не заглядывала в бухгалтерские книги. У меня даже собственной машины нет. Деньги меня никогда не заботили, и Элайдже это хорошо известно.
— Возможно, Элайджа и есть тот человек, который обещал вознаграждение за твою поимку, а твой дядя тот, кто заплатил наёмнику за твою голову. В этом есть смысл. Конечно, у вас с братом вышла крупная ссора, и он наговорил тебе кучу лишнего, только не думаю, что это Армандо заплатил, чтобы тебя вернули живой. В его глазах ты потеряла всякую ценность, ведь больше он не может с помощью тебя шантажировать Элайджу.
