— Думаю, мы просто обязаны заделать целую кучу детишек, — прошептал Рио. Он обхватил нежные полушария её грудей ладонями. Потёрся о чувствительную кожу подбородком, на котором уже проступала щетина, прошёлся над затвердевшими сосками. — Выходи за меня, Рейчел. Мы не сможем провести церемонию по обычаям нашего народа, но поженить нас может и отец Кима.
— Это не главное. Мы уже женаты.
— Я знаю, что это не главное, но я хочу жениться на тебе. Хочу когда-нибудь увидеть, как в тебе растёт мой ребёнок. Желаю этого только с тобой.
Он опустил рот на её груди и начал мягко сосать. Выгнув спину, Рейчел прижалась к нему, сильнеё обхватив ладошками затылок. Начал моросить мелкий дождь, подул непрестанный ветер, но здесь наверху, в их собственном мирке всё казалось совершенным.
Она подняла лицо навстречу нежным капелькам, чувствуя, как по венам несётся жидкое пламя.
— Целая куча это по-твоему сколько? — спросила она, зарываясь пальцами в его волосы. Двое, трое? Определись с цифрой.
Она старалась услышать мелодию дождя так, как учил её Рио. Смесь звуков, всегда разная и никогда одинаковая, просачивающаяся в вены как наркотик. Словно огонь, который высекает Рио горячим шёлком своего рта вкупе с охватывающим их жаром леса.
Рио выпрямился, не размыкая рук. Просто прижимая её к себе.
— Полный дом. Маленькие девочки, похожие на тебя. С твоей отвагой и смехом.
Рейчел обвила вокруг него руки и вжалась глубже в твёрдое тело.
— И что мы будем делать со всеми этими маленькими, бегающими вокруг детьми в такие вот моменты?
Живя с Рио, она словно отправлялась в чувственное путешествие. Казалось, тело, изнывая от неутолимого голода, всегда готово принять его, независимо как часто он её брал. Ей хотелось ещё. Постоянно жаждала его, миллионом разных способов.
Рейчел обвила ногу вокруг его талии и скользнула по нему всем телом, наводя на определённые размышления. Пальцы зарылись в его волосы, зубы покусывали ухо, затем плечо и все, до чего она могла дотянуться.
— Мы что-нибудь придумаем. Мы придумаем миллионы разных способов.
Рио приподнял её, чтобы она смогла обхватить его обеими ногами и устроиться на его теле, словно меч в ножнах. Рио усадил её на перила, они смотрели друг на друга, сомкнув взгляды. Рейчел поддалась вперёд и уткнулась лицом ему в шею. Они льнули друг к другу, прижимаясь ещё теснее.
Он шептал ей слова любви на языке их народа.
Рейчел слышала и понимала все, что он говорил, хотя не могла ответить ему на том же языке. Звучание слов походило на смесь звуков, которые издают кошки. Она их знала, помнила и находила прекрасными, однако повторить не смогла бы. Рейчел подняла голову и посмотрела на него. Любуясь лицом, глазами, губами.
— Я тоже люблю тебя, Рио.
Какими яростными могли быть его любовные ласки, иногда становившиеся дикими и грубыми, а сейчас бесконечно нежные.
Он целовал её так томительно сладко, что на глаза наворачивались слезы. Рио двигался в ней глубоко, заботясь о том, чтобы она в первую очередь получила удовольствие. Его руки боготворили её, очерчивали каждый изгиб, скользя по коже, словно желая отпечатать в памяти малейшую деталь.
Рио неспешно занимался с ней любовью, делая длинные мучительно медленные толчки, входя всё глубже и давая ей прочувствовать всю его любовь. Пока они всё ближе подбирались к пику удовольствия, вокруг них заклубился белый туман, создавая впечатление, будто он появился от интенсивности их обоюдного жара. Рейчел вонзила ногти в его спину и откинула назад голову, двигаясь бёдрами ему на встречу в ответном ритме древнего как мир любовного танца, которому они придавались на веранде, где едва ощутимый ветерок ласкал их тела словно невидимыми пальцами и окутывал ароматом орхидей. Всё это время, не переставая, шел дождь, пронизывая ночь серебристыми каплями.
Рейчел судорожно вздохнула, ощутив, как его плоть разбухла сильнее от неприкрытого удовольствия, внутренние мышцы лона сократились, вознося обоих к вершине блаженства. Обоюдный стон наслаждения пронёсся во мраке ночи. Они цеплялись друг за друга, не в силах разжать объятия.
В листве произошло еле заметное волнение, на них с ветки посыпался душ из лепестков орхидей, и в тоже время прямо у их ног на веранду мягко приземлился Франц. Они резко отскочили в сторону, Рио сразу подобрался и насторожился. Он прижал Рейчел к перилам, закрывая от опасности. Сгусток меха откатился от лодыжек Рио. Маленький дымчатый леопард врезался лапами в пол, впиваясь острыми скрюченными когтями в дерево.
— Я видела следы от когтей на деревьях, — сказала Рейчел и пригнулась, запустив пальцы в мех небольшой кошки. — И только на них. Зачем ты оставляешь следы от своих когтей в доме?
