— Да. А что? И некоторые не считают меня ущербной, — спокойно ответила она. — И не стыдятся моего присутствия.
— Ты должна быть осторожной…
— Да, да. Я помню. Всюду враги и коварные злодеи. Мы воспитывались одинаково, — напомнила сестра. — Не стоит мне читать нотации. Я не маленькая девочка и могу за себя постоять.
Я обняла сестру, сердце тревожно сжалось.
— Не сомневаюсь в этом, но все равно будь осторожнее, пожалуйста.
— Какая ты сентиментальная! Негоже себя так вести будущей королеве, — пошутила сестра.
— С тобой можно.
Я отправилась в свои покои, но не могла перестать думать о сестре и маме. Точнее, о ее приказе. Не говорить Саркайну правду и разделить с ним ложе. И как это сделать? У меня отсутствовал опыт в подобных делах. Но сестра и мама правы. Для того, чтобы взойти на трон, я должна явить этому свету наследницу. Должна! Маме осталось недолго, и о королевстве больше некому позаботиться.
Но я не была уверена, что готова к этому. Принимать решения единолично — это большая ответственность.
Скинув одежду, я погрузилась в деревянную купель с горячей водой. Это было то, что нужно после занятий с сестрой. Можно расслабиться и порассуждать. Только вот в голову стали лезть вопросы, на которые я уже знала ответы. И они мне не нравились.
Что будет с пленником, когда он выполнит свою миссию?
Мама не отпустит его, боясь мести. Драконы не прощают такого. Пока он в темнице и нужен, то будет жить. Как только появятся яйца и мама убедится, что девочка в нем зародилась, пленника убьют. При мысли об этом я подскочила. Удовольствие от горячей воды куда-то испарилась.
Он мне не так хорошо знаком, но ничего плохого не сделал. Он вообще никому ничего плохого не сделал! Его полуживого притащили в темницу для целей королевства, а потом за ненадобностью уничтожат. Это дико!
Весь оставшийся день я думала только об этом. Как быть бессердечной? Как заставить его лечь с собой в постель зная, что после этого он умрет?
Я не могла унять тревогу и печаль. Чувство чего-то страшного и неизбежного не покидало меня. И не знала, как после этого пойти к нему. Теперь, когда королева все знает, можно не прятаться, но как посмотреть в глаза Саркайну?
Настала ночь, но я мучилась из-за отсутствия сна. Наверное, это совесть. За окном бушевала непогода. Резкий удар грома заставил меня сесть на кровати. Значит, в темнице сейчас будет сыро и холодно. В наших краях очень холодные дожди и резкие смены сезонов. Еще вчера царила духота, а завтра уже придется надевать плащ, чтобы выйти из замка.
Собрала в узел теплое покрывало, на кухне взяла еду, оставшуюся после ужина, накинула плащ и поспешила к нему.
Королева уже успела дать распоряжения насчет моих посещений. Я и думать не хотела, знают ли воительницы, зачем я здесь.
Когда я подошла к двери темницы, меня охватило странное чувство беспокойства. Я крепко сжала узел с покрывалом и постучала, прежде чем войти к пленнику. Внутри было ужасно холодно, хотя дождь только начался. Запах сырости и металла наполнил нос. Тусклый свет факела бросал тени на стены, делая помещение более угрюмым.
Саркайн сидел в углу, опершись о стену. Сильный дождь, казалось, просачивался сквозь камни, хотя такого, конечно же, быть не могло. Лицо пленника выглядело уставшим.
Увидев меня, он встал, гремя цепями, и улыбнулся.
— Я уже отчаялся. И не мечтал, что ты придешь.
Немного стушевалась.
— На улице дождь, а здесь сыро, — попыталась я оправдаться. — Я принесла тебе это.
Подошла поближе и развернула узел.
— О… — только и выдавил из себя дракон.
— Думаю, с этим будет теплее, — произнесла я, опустив покрывало на кровать.
— Ты заботливая, — совершенно серьезным тоном заметил Саркайн.
Я повернулась к нему и на какое-то время замерла. Когда он стоял прямо, казался еще прекраснее.
— Совсем забыла! — Встрепенулась и подошла к сумке. — Я принесла тебе еду.
Принялась поспешно доставать все и выкладывать на стол.
— Я не знаю, что ты любишь, поэтому взяла все, что осталось на кухне после ужина.
Саркайн неспешно подошел ко мне и ловко поймал запястье. Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом.
— Благодарю тебя за заботу, — мягко произнес он.
Я смущенно отвернулась.
— Ты не обязана этого делать. Не хочу, чтобы ты рисковала.
Мне нечего было ему ответить. Теперь я не рисковала, и каждое свое действие могла обосновать королеве как возможность втереться в доверие к пленнику.
— Это самое малое, что я могу для тебя сделать, — наконец нашлась, что ответить.
— А почему ты это делаешь? — Второй рукой он легонько коснулся моего подбородка. — Покрывало точно заметят.
— Его не заберут, обещаю!
Он хмыкнул и убрал руки.
— Ты ведь знаешь, зачем меня здесь держат, — сказал он уверенно.
— Знаю, — не решилась соврать я. — Но не могу тебе сказать, прости.
— Почему? — Саркайн посмотрел на меня.
— По многим причинам. И пока это ради твоего же блага. Я обязательно все тебе расскажу, но позже.