— Да я что, я ничего, — улыбнувшись, развела руки в стороны Ира, тряхнув волосами.
У Василисы опять начинала болеть голова, и она расспрашивать дальше не стала. Устроилась поудобнее на сиденье и попробовала задремать. Но опомнилась, открыла глаза и пристегнулась. Дальше ехали в молчании — после зрелища утонувшей за какие-то мгновения вместе с людьми машины даже Ира перестала щебетать. Василиса понемногу задремала — все же несколько бессонных ночей давали о себе знать. Даже не задремала, а провалилась будто в тяжелое беспамятство.
Проснулась она вся мокрая от пота. Не открывая глаз, Василиса немного пошевелилась, чтобы мокрая ткань одежды не так неприятно к телу липла и вдруг почувствовала, что головная боль ушла. С облегчением Василиса открыла глаза и тут же насторожилась — машина стояла на месте.
Девушка приподнялась немного и огляделась — вокруг были дома частного сектора, впереди стоял микроавтобус и рядом с окном водителя находился человек в кожаной куртке и камуфляжных штанах, что-то расспрашивая у водителя. Чуть поодаль стояло еще несколько похожих по стилю одежды человек. Василиса перевела взгляд на Ольгу — та напряженно всматривалась вперед, кусая губы.
— В Севастьяново приехали, — произнесла та в ответ на вопросительный взгляд, — пост на въезде.
Василиса, заразившись волнением, поерзала на сиденье. Но вроде водитель микроавтобуса с караульным на посту договорился и фургон тронулся. Ольга немного нервно нажала на газ, и кашкай рыкнул двигателем, ускоряясь. И тут же резко затормозив — микроавтобус поехал не быстро и Ольга в него чуть не врезалась.
Караульные на посту проводили кашкай взглядами, не никто ничего не сказал и остановить машину не пробовал. Друг за другом черный микроавтобус и ниссан медленно ехали по улицам пустынного города. Василиса, чувствующая себя гораздо лучше, чем раньше, несмотря на оставшееся состояние тяжести в голове, осматривалась по сторонам.
— Почему тут так пустынно? — спросила она, не оборачиваясь и глядя в окно.
— Уехали многие уже видимо, — ответила ей Ольга, — мы пока сюда ехали, несколько раз по воде проезжали. Да вон, смотри, — вдруг показала налево Ольга.
Василиса обернулась и, присмотревшись, заметила на одной из боковых улиц воду. Совсем немного, она едва покрывала дорожное покрытие. Но все равно было неуютно. Зябко передернув плечами, девушка продолжила внимательно осматриваться по сторонам. Город ей не нравился — серый, неряшливый. Снег почти везде подтаял, обнажив грязь рядом с тротуарами, на которой почти не было заметно травы. Дома частного сектора сменились двухэтажной кирпичной застройкой серого кирпича, который в более темный цвет окрашивали потеки воды таявшего снега на крышах. Солнце в этот момент скрылось за облаками и стало совсем мрачно.
Вдруг ниссан с микроавтобусом по встречной полосе быстро обогнала зеленая нива, и ее пассажир через открытое стекло призывно замахал рукой, требуя остановиться.
— Твою мать, — неожиданно выдохнула Ольга, притормаживая вслед за фургоном. И добавила еще несколько грязных ругательств.
Василиса тоже напряглась — вышедший из Нивы здоровый парень в резиновых сапогах подошел к двери микроавтобуса и о чем-то сейчас говорил с водителем. Второй пассажир Нивы, морщась от проникающей в ботинки воды, быстрым шагом подошел к кашкаю, присмотрелся, а потом обошел машину. Глянув на задний бампер, он сразу пошел в сторону Нивы. Сунулся в салон, сказал что-то водителю и тот сразу в телефон начал говорить. Или в рацию?
— Черт, тот урод номер посмотрел! — взволнованно произнесла Ольга. Василиса заметила, что та вцепилась в руль так, что костяшки на ее пальцах побелели.
Между тем здоровый парень, который подошел к микроавтобусу, сделал повелительный жест, указывая следовать за собой.
— Может ну его, сваливать пора? — напряженно спросила Василиса.
Ольга с тревогой посмотрела на микроавтобус, потом на нее: — Володя же сказал, что все нормально будет.
— Угу, — кивнул Василиса, и повторила очень похоже, будто голосом белобрысого, — мы им сейчас ничем не поможем. Если сами не выберутся.
Между тем к перекрестку, на котором машины стояли, подъехал еще один автомобиль — когда-то белая семерка. Надсадно завывая двигателем, побитая машина — в пулевых отметинах и без половины стекол, заползла на газон — на узкой дороге места было уже мало. Из семерки сразу вышли несколько человек, недвусмысленно направляя оружие на микроавтобус.
Бугай из нивы залез в машину, и еще раз показал водителю микроавтобуса следовать за собой. После он негромко сказал что-то водителю семерки, который сразу после этого прыгнул в машину. Нива проехала немного и, скрипнув тормозами, остановилась рядом с кашкаем.
— За ними рули, — осклабившись, показал здоровый на семерку, водитель которой сразу же помахал Ольге рукой.
— Хорошо, — кивнула она, посмотрев на бугая, и медленно тронула машину с места. Водитель семерки, увидев это, нажал на газ и его машина, выбрасывая из-под колес комья грязи вперемежку с водой, развернулась и поехала в сторону противоположную той, куда уезжали Нива с микроавтобусом.
