Дикое правосудие полностью

Он услышал, как Грейнджер неуклюже подошел к коктейль-бару, налил себе очередную порцию и прошаркал обратно к кожаному креслу, в котором он сидел большую часть вечера, сгорбившись и опустив голову. Мелкие звуки скребли по нервам, словно ногти по грифельной доске. Лок провел рукой по волосам, больно дернув за их кончики. Сегодня утром у него состоялся телефонный разговор с Фолкнером. Парень, которого арестовали за попытку продать некоторые из драгоценностей Бет, назвал имена двух мелких скупщиков краденого. В голосе лейтенанта полиции слышался фальшивый оптимизм. Этот след приведет к обычному бормотанию: «Я не знаю его имени: просто какой-то парень в баре». Они никогда не узнают, кто убил Бет.

Заблеял телефон. Грейнджер вздрогнул всем телом и съежился в кресле, уже не скрывая своего страха. Лок наблюдал за ним почти с презрением. Он подошел к аппарату, прежде чем дворецкий или домохозяйка успели ответить на звонок по параллельной линии в коридоре.

– Слушаю, – резко сказал он.

Разумеется, это был Тянь.

– Мистер Лок, Грейнджер так и не перезвонил мне.

– Я уже сказал вам, что он нездоров. Сейчас он не может подойти к телефону.

– Тогда принесите телефон к нему, мистер Лок. Настоятельно советую вам сделать это. Или, может быть, мне следует явиться лично?

Это была уже неприкрытая угроза. У Лока лопнуло терпение.

– Конечно. Почему бы и нет? – он подтолкнул телефон к старику. – Почему бы и нет? – повторил он Грейнджеру, вжавшемуся в спинку кресла, словно перед экзекуцией. – Поговорите со своим вьетнамским другом, Ван, и тогда, быть может, я смогу уехать домой.

Он положил трубку на колени Грейнджера. Когда дрожащая рука потянулась к ней, он вышел из гостиной и закрыл за собой дверь, собираясь…

Пауза. Он собирался выйти из дома, повинуясь своему наконец-то прорвавшемуся гневу, и даже не думать о…

Очень медленно и аккуратно он поднял трубку аппарата, стоявшего в коридоре. Услышав звук собственного дыхания, он отодвинул трубку ото рта и прикрыл ее рукой. Его сердце бешено колотилось в груди. Какого черта он…

– …был болен, – услышал он голос Грейнджера, не подозревавшего о том, что его подслушивают. – Моего мальчика убили. Эти сволочи убили моего сына.

– Примите мои искренние соболезнования, старый друг. Неужели вы считаете, что я счел бы себя вправе вторгнуться в ваше личное горе, если бы дело не было таким неотложным?

Долгое молчание. Лок слышал, как кухарка гремит посудой на кухне. Послышался ее голос и неразборчивый ответ дворецкого. Он ощущал нелепость и непристойность своего положения, стоя в холле с телефонной трубкой в руках. Молчание продолжалось, прерываемое лишь хриплым, медленным дыханием старика.

– Что происходит? – наконец спросил Грейнджер.

– Я вас не понимаю, друг мой. Вы должны знать, почему нам нужно поговорить. Неужели мне придется лично лететь в Феникс?

– Билли… – выдохнул Грейнджер.

– Теперь, когда Билли покинул нас, это ваша проблема. Вы понимаете меня? Мне дали заверения – серьезные заверения. При всем моем уважении и сочувствии существуют твердые договоренности, которые следует выполнять. До сих пор я не получил никаких известий о «красной лошади». Я должен получить удовлетворительный ответ, мой друг.

Угроза обволакивала слова, словно масляная пленка, придавая их ритму замогильное спокойствие. Прерывистое дыхание Грейнджера неожиданно участилось.

– Поклянись мне, что ты не имел отношения к…

– Полно, друг мой. Давайте не будем увлекаться фантазиями.

Ответ последовал быстро, слишком быстро, и Лок понял, что Тянь догадывается о подслушивании. «Поклянись мне, что ты не имел отношения к…»?

В желудке Лока зашевелилась тошнота. «Поклянись мне, что ты не имел отношения…» Спокойное мертвое лицо Бет, обращенное к нему. «Нет, – подумал он. – Нет».

– Так как насчет «красной лошади»? – спросил Тянь. – Когда я могу ожидать поставку товара?

– Не знаю! – Грейнджер сорвался на визгливый крик. – Вы же знаете, что я не разбираюсь в этих вещах!

– Тогда разберитесь, друг мой, разберитесь побыстрее. На меня оказывают сильное давление. Это – вопрос чести, и я не хочу терять лицо. Вы понимаете?

Грейнджер не ответил.

– Вы разберетесь… скоро?

– Да, черт тебя побери, Тянь! – тяжело дыша, крикнул Грейнджер. – Да!

Тянь бросил трубку, и Лок, попавшийся в старую ловушку, быстро положил свою. Он не сомневался: Тянь знал, что его подслушивают, но вьетнамца это не беспокоило.

Лок стоял в просторном коридоре, глядя на картины, висевшие на стене, – американский примитивизм и импрессионизм. Голова шла кругом, кулаки непроизвольно сжимались и разжимались. Гнев мигренью пульсировал в висках. Он злобно взглянул на телефон, словно обвиняя его в чем-то. Больше всего ему сейчас хотелось, чтобы он не слышал этого разговора, не догадывался, не знал…

«Красная лошадь». Поставка товара. Обязательства. «Поклянись мне, что ты не имел отношения к…»