Дикое желание полностью

Этого было достаточно, чтобы заставить его член дернуться. Он стиснул зубы и потащил тушу прочь от лагеря до тех пор, пока не перестал видеть Юри. Ему придется довольствоваться тем, что он просто слышит ее передвижения среди растительности и упавших веток. Это была грязная работа, и ей не нужно было видеть сегодня еще больше крови, если бы этого можно было избежать — целью было удержать пищу в ее желудке достаточно долго, чтобы организм смог насытиться.

Он работал молча, сливая кровь, освежевывая и разделывая инопланетное существо так быстро и эффективно, как только мог, — и все это время чувствовал себя неуклюжим новичком. Его таланты всегда склонялись к вспышкам жестокого действия. Как бы хорошо он ни обращался с ножом в драке, его руки казались неловкими и неуверенными, как только ему приходилось притормозить и подумать о том, что он делает. Не помогало и то, что существо было ему незнакомо.

Тем не менее, он вернулся к костру с несколькими многообещающими кусками мяса и был полон решимости ими насладиться, какими бы жесткими, жилистыми или аппетитными они ни были. Юри уже сидела у костра и ждала его, разложив все свои шампуры с заостренными концами, а ее пояс лежал на земле рядом. Она разложила кое-что из запасной одежды, чтобы можно было сесть, оставив ему достаточно места.

Он ухмыльнулся, несколько мгновений смотрел на нее с нескрываемым голодом, затем сел рядом и начал нарезать мясо на более мелкие кусочки. К своему удивлению, Юри взяла эти кусочки и аккуратно насадила их на шампур, ее кожа даже ни капельки не побледнела.

По-видимому, ее приступы действительно были вызваны только кровью.

Когда они закончили, у них было готово несколько шампуров с мясом. Тарген положил немного на яму с огнем, прежде чем схватить одну из фляг, которые они получили от скексов — все на удивление современные, со встроенными системами фильтрации и очищения — и использовал ее, чтобы ополоснуть руки. Юри сделала то же самое следом.

Тарген улыбнулся, вспомнив, как они наполняли эти фляги; казалось, это было целую вечность назад, хотя прошло всего пару часов.

Они остановились на берегу реки, чтобы напиться, около полудня, когда Тарген наконец решил, что они достаточно далеко от мертвых скексов, чтобы немного отдохнуть. Юри открыла одну из найденных фляг и погрузила ее в воду. Когда она достала ее, то энергично встряхнула, вылила содержимое и повторила процесс несколько раз. Таргену не нужно было спрашивать, что она делает — он просто повторил ее действия с одной из других фляг.

Юри и Тарген ополоснули — и в конце концов наполнили — все четыре емкости таким образом, стоя на коленях на мокрой траве у холодной речной воды. Не было необходимости обмениваться словами. Этот момент был странно успокаивающим, и это заставило его почувствовать себя к ней еще ближе, чем раньше.

Это стало еще одним примером ее огромной решимости. Он снова обмотал ей ноги, но к тому моменту они шли быстрым шагом уже несколько часов. Он знал, что ей больно, но она ни разу не пожаловалась.

Тарген решил понести ее позже днем, когда как она начнет отставать — не потому, что она была не в состоянии идти дальше, а потому, что он был не в состоянии выносить зрелище того, как его зоани борется. Она была слаба, голодна и устала, и ни в чем из этого не было ее вины. Тем не менее, он не сомневался, что Юри продолжала бы идти, пока не упала бы в обморок, если бы он не вмешался.

С дополнительным снаряжением от скексов, включая тяжелую винтовку, которая едва не проделала пару дополнительных дырок в Таргене, он действительно почувствовал тяжесть — когда взял ее на руки. Но у него были силы, чтобы приберечь их для нее. Он всегда находил для нее больше.

Он вернулся мыслями в настоящее, когда Юри стряхнула с рук излишки воды, закрыла флягу и вернула ее Таргену. Мясо уже шипело на потрескивающем огне, и от него исходил аппетитный аромат.

День был долгим и тяжелым, да, и этим утром они столкнулись со смертью, но Юри была в безопасности, и они собирались поесть горячего впервые за… неделю? Полторы недели? Он не был уверен, сколько прошло времени, но ему было все равно. Она была с ним. Его земляночка, его женщина, его зоани. Это стоило того. Голод и жажда, боли в его теле — как старые, так и новые — стоили того.

Переворачивая шампуры, он сказал:

— Если бы я оказался на чужой планете с кем-нибудь, Юри, я бы справился с этим гораздо хуже, чем с тобой. Я бы повторил все это снова, пока ты со мной.

Она оторвала взгляд от огня, чтобы посмотреть на него, приподняв одну бровь.

— Я не уверена, должна ли я воспринимать это как оскорбление или комплимент.

— Я хотел сказать это как комплимент, но я гораздо лучше разбираюсь в оскорблениях.

Она усмехнулась, но ее улыбка быстро погасла, и ее взгляд вернулся к потрескивающему огню. Прошло некоторое время, прежде чем она спросила:

— У тебя есть семья, которая ждет тебя на Артосе?