Причем на неком этапе "щит" оказался заметно крепче "меча". Например, чтобы тренировать окклюменцию, особого дара к ней иметь не нужно. Достаточно терпения и прилежания в тренировках. Тогда как чтобы стать отличным легилиментом нужен специфический магический дар. Ко всему прочему окклюменция имела дополнительные бонусы, вроде лучшей памяти и возможности управлять своими воспоминаниями, а легилименция была пригодна только для далеко не всегда полезной процедуру чтения и стирания чужой памяти.
Правда, постепенно, положение выровнялось, а потом и вовсе воображаемая чаша весов легилимеции перевесила свою товарку. Появились новые, гораздо более простые и сильные техники контроля и управления сознанием, вроде того же Империуса, и окклюменция из списка дисциплин "обязательно к изучению" неторопливо перешла в разряд "весьма полезно, но как-нибудь потом". А в последние века, с наплывом магглорожденных, и вовсе практика обязательного изучения осталась лишь в чистокровных семьях, что делало сильных легилиментов воистину страшными противниками.
Как бы там ни было, но магическая защита информации вынужденно строилась многопланово. Да и сам по себе поиск интересующего даже для опытного легилимента дело очень и очень непростое. В памяти человека меток нет. Максимум определенности можно добиться, читая воспоминания лишь по времени или по яркости воспоминаний. Плюс, не стоит забывать, что хоть просмотр воспоминания легилименцией и занимает меньше времени, чем его реальная длина (в отличие, например, от Омута Памяти), но не настолько кардинально, чтобы можно было позволить себе смотреть все подряд. Это тоже отдаляет легилименцию от мифической Старшей Палочки, которая среди магов почитается всесильной. В связи со всеми этими ограничениями среди понимающих одной из лучших защит считалось не запереть интересующую потенциального легилимента информацию за барьерами помощнее, а убрать из памяти сам факт наличия такой информации.
"Нет, — размышлял Нотт, — конечно, когда легилимент точно знает, что, где и когда искать, то тут дела плохи. Тут только жесткий блок: магический непреложный обет или стирание воспоминаний помогут. Однако для опытного легилимента наличие даже одной такой прорехи — сам по себе уже очень серьезный знак. А уж если таких дыр много… У Волдеморта логическая цепочка предельно простая: "Есть прореха? Нечитаем до донышка? Значит — крайне подозрителен! Крайне подозрителен? Однозначно опасен! Ах, опасен?.." — и дальше либо сразу Авада, либо Круциатусы до растительного состояния допрашиваемого. Так что мы будем хитрее, и затеним в памяти нужные воспоминания воспоминаниями ненужными, но зато очень эмоционально насыщенными. Вот только где их взять?"
Во времена Магической Войны с этим все было просто — количество боев с магами, а так же издевательств и пыток магглов было таким, что легко спрятать в тени настолько мощного потока эмоций что-то нужное проблем не составляло никаких. А вот в мирное время… В мирное время с этим пришлось помучаться, последовательно перебрав все разумные источники таковых. И решение, совершенно неожиданно, нашлось совсем не в мире магов.
Маггловская индустрия развлечений.
К некоторому сожалению Нотта, от самого доступного пути получения впечатлений — маггловского кинематографа, пришлось быстро отказаться. Произошло это после одного весьма неприятного случая, когда подхлестываемые реалистичностью происходящего на экране боевые рефлексы мага взяли верх над его самоконтролем. Штраф бывшему Упивающемуся тогда Министерство вкатило просто разорительный! Пришлось заплатить и навсегда забыть про кино. А вот театр…
Магглы оказались неожиданно искусны в постановке спектаклей, что, впрочем, можно легко объяснить их ущербностью в отсутствии магии. Конечно, "невероятное мастерство постановки и игры" можно было сказать далеко не о каждом представлении, да и для того, чтобы в деталях понимать происходящее на сцене нужно отлично знать немагический мир, но… это было и не нужно. Заливая зал потоком своих ясно ощутимых магически, пусть и сыгранных, но от этого становящихся всего лишь чуть слабее, чувств с частичками своих душ, актеры создавали в памяти мага такой маркер, что просто… просто… ух! Никакое даже самое реалистичное кино и даже Омут Памяти не сравнятся! А любой легилимент, пытаясь провести эмоциональный поиск, оказывался просто погребен этими воспоминаниями!
"Конечно, за "магглолюбчивость" перед Лордом ответить придется, но лучше пара сеансов круциатуса, чем безусловная Авада мне и моему сыну за вскрывшуюся правду. А слишком "умные и хитрые", идущие по самому легкому пути… Использования клятв еще куда ни шло, но искажения своих воспоминаний, это… это… Безумцы! Не знают, с чем пытаются играть!"
— Нет. В этот раз — магическая клятва.
— А кто сегодня засвидетельствует?
— Наш гость.
— Думаешь, ему можно полностью доверять?
