К концу репрессий накал взаимной ненависти достиг таких величин, что авроры вместо описанной в законе процедуры ареста подозреваемых предпочитали сначала бросить в них бомбарду или аваду, а потом уже с выжившими (если они были) вести допрос с применением круциатуса. Впрочем, обороняющиеся тоже были далеко не трепетными ланями, питающимися лунным светом, и вовсю использовали террор. И нередко случалось так, что, возвращаясь со смены, аврор вместо домашнего тепла находил на месте дома пепелище с трупами своей семьи.
"…В политических реалиях проигранной войны: "каждый сам за себя" — судьба их была очевидна, а дни — сочтены. Кого не сдали на расправу кровникам и не убили при задержании — тех сгноили в Азкабане. Те, кто откупился, многое мне рассказали…"
Волдеморт тяжело вздохнул. Кто бы что ни говорил, но он помнил каждого принесшего ему клятву. Пусть настоящих друзей среди Упивающихся у него было мало, дружба предполагает определенный уровень равенства, а к большинству отношение и вовсе было как к инструменту, но все равно — терять их было неприятно, обидно и… жалко. Жалко в смысле, что нужно было тратить время и силы на поиск и подготовку новых.
"…Таким образом в результате не совместных, но равно неприятных действий всех этих "Люциусов", "Краучей" и "Дамблдоров" мне сейчас во внутренний круг пришлось принять тех, кого и на недельный перелет на метле нельзя было подпускать к власти! Да и остаток "рыцарей" по большей части настоящее отребье, понимающее "докажите всем свое право повелевать" как "грабить, убивать, насиловать"! Нет. Я никогда не считал террор каким-то запретным методом, и вполне допускаю его применение, но… — Моргана их прокляни, идиотов! — …но строго дозированно и по делу! То есть тогда и только тогда, когда такие действия приносят пользу, а не порождают лишь огромный ворох новых проблем! Более того, они изо всех сил стараются перещеголять друг друга, считая, что основным критерием отбора во внутренний круг является жестокость…"
В свое время Волдеморт в тайне приходил в восторг от того, как детишки всех этих гордых чистокровных аристократов, разговаривавших с ним через губу и не пускавших дальше порога, пресмыкаются перед ним, презираемым их отцами полукровкой. Доносят, предают, жрут друг друга, стараясь выслужиться… Сейчас же, через призму прошедших событий, Том отчетливо видел, что это была серьезная ошибка. Да, принцип "арбитр между многими полюсами силы" хорош… но только для того, чтобы удержать уже захваченное. Для завоевания чужого он годится плохо. Ведь на одного вырвавшегося вперед будет приходиться десяток бьющих ему в спину завистников, тянущих удачливого, а вместе с ним все дело, назад. Мало, очень мало было у него волшебников, на которых действительно можно было положиться. Таких, например, как Малфой.
"…Люциус! — мысли Волдеморта снова перепрыгнули на больной вопрос. — Вынужден признать, что давно я не испытывал такого ослепляющего бешенства, как позавчера, когда с помощью связи меток меня позвали на помощь. Вот только место, где я оказался, использовав в качестве маяка для аппарации метку взывавшего ко мне мага, заставило, — крупные, вытянутые ладони с кожей зеленоватого оттенка до скрипа сжали подлокотники кресла, — в первую очередь заподозрить ловушку. Отдел Тайн! Арка Смерти! Атриум Министерства! Хуже был бы только Азкабан!
Ах, как же я тогда пожалел, что метка не была предназначена, как мне когда-то с абсолютной уверенностью рассказывал ученик, для мгновенного убийства провинившегося!
И только униженные оправдания Беллы спасли ее от немедленной смерти. Тогда, по прибытии сюда, в подземелья давно уже разрушенного замка Слизерина. Одного из многих и единственного, запирающие чары которого я смог распутать.
Столько уже сделанного — теперь перечеркнуто! Сколько новых проблем образовалось! И все — из-за одного честолюбивого идиота! Крэбб, конечно же, прав. Хитрый, осторожный Люциус и откровенное предательство просто несовместимы. Хотя и варианта такового полностью исключить нельзя. Что ж… Надеюсь, для Малфоя внесенные мной в правила игры изменения станут приятной неожиданностью. Теперь все отвечают за всех!..
Как бы там ни было, случайно ли, специально ли, но своей выходкой планы прихода к власти Малфой мне серьезно усложнил".
