Кони шли по каменистой извилистой дороге, поднимаясь к перевалу в седловине двух гор, голубые вершины которых подпирали синее небо. Чёрная птица с широкими крыльями парила над моей головой, и оттуда слышался её протяжный тревожный клёкот. Беспокойство нарастало, и потому, когда поднявшись на перевал, я увидела внизу Зелёное озеро, мне захотелось рассмеяться. Груз напряжения упал с моих плеч, потому что это чудное место никогда раньше не встречалось мне, даже в моих путанных и странных снах.
— Где озеро-то? — озадаченно пробормотал Тахо.
Озера не было. Была неширокая долина, поросшая густым лесом. Его пышные кроны волновались под порывами ветра, как неспокойная вода, а тёмные скалы вокруг были похожи на каменистые берега.
— Где озеро? — крикнул Тахо.
— Эта лесная долина и называется Зелёным озером, — ответил Энгас.
Он лишь на мгновение задержался на месте и снова заторопил коня. Мы спустились в долину по петляющей дороге и поехали лесом. Деревья здесь были низкие, толстоствольные с круглыми ярко-зелёными кронами, но среди них встречались небольшие подобия величественных алкорских дубов. Птицы здесь пели звонче, и их пересвист пронзал непоколебимую тишину затерянной в горах долины. Здесь шумел ветер, и шелестели листья, но эта тишина всё равно заполняла мир бесконечным покоем.
— Наверно, это священное место, — произнесла я, глядя на столбы золотого света, сиявшие в глубине леса. Казалось, что это не просто солнечные лучи, пробившиеся сквозь густую листву, а струи животворящей энергии, стекающей на дно Зелёного озера и заполняющей его от берега до берега.
— Это место уединения королей Дикта, — ответил Энгас.
— И нас сюда сослали? — ошалел Тахо.
— Ссылка — это лишь шутка. Разве Кибелл стал бы подрывать ваш авторитет в глазах своих подданных настоящей ссылкой? Теперь уже все в королевстве знают, что вам предоставлена возможность отдохнуть в одной из резиденций короля, где вам никто не будет мешать готовиться к подвигам.
— Значит, это — знак уважения?
— Да, но… Эта резиденция пустует уже много лет, потому что здесь, за Последним Хребтом начинается Болотная Страна, территория врагов Дикта. Они жестоки и коварны. Для вас это не только знак уважения, но и одно из испытаний.
— Одно из? — зарычал Тахо. — Что, ещё будут и другие?
— Ещё одно ждёт вас через несколько минут, но оно не опасно. Просто вам надлежит сделать правильный выбор.
Дорога аккуратно свернула и вышла из-под шатра леса на большую круглую поляну. Прямо посреди неё стоял высокий золотистый дом с остроконечной крышей. Широкое крыльцо гостеприимно протягивало руку нам навстречу. Окна улыбались весёлой резьбой ставен.
— Можете жить здесь, — произнёс Энгас, спешившись.
Мы последовали его примеру, и он ввёл нас в дом по тёплым широким ступеням. Мы шли по просторным комнатам с высокими потолками, где сам воздух был пронизан светом и теплом. Полупрозрачные стены излучали этот свет, преобразуя падающие на крышу солнечные лучи. Мебели было мало: невысокие столики, широкие скамьи, низкие возвышения для сна, и всё это было выточено из того же диктионского янтаря. Окна во всём доме были распахнуты, и на полу в углах лежали целые кучи прозрачных сухих листьев золотого цвета. Если даже опавшая листва, пролежавшая здесь столько лет, сохранила свой цвет, то какая же энергия должна концентрироваться в этих стенах?
— Идите сюда, я покажу вам зал для медитаций, — сказал Энгас, и его мрачное лицо показалось мне слишком уж явным диссонансом с окружающей красотой и моим собственным восторгом.
Он повёл нас в большой зал, где потолок подпирали тонкие витые колонны. Он был пуст, только в самом центре возвышалась выточенная из янтаря подушка. Она была такой округлой и гладкой, что казалась мягкой, и лишь матовый блеск напоминал о её каменной жёсткости.
Окон в зале не было, как, впрочем, и внешней стены, в которой их можно было прорубить. Зал был распахнут на улицу. От поросшего высокой травой двора его отделял только парапет, украшенный рельефным орнаментом. Здесь дышалось ещё легче, чем в лесу, словно свежесть и ароматы леса помножились друг на друга. И прямо отсюда открывался великолепный вид на широкий двор, расцвеченный яркими цветами, на ветвистый дуб, стоявший неподалёку, на веселый зелёный лес, стеной вставший за его спиной, а выше, над кронами деревьев темнели изломами крутые скалы, переходящие в голубую гору, уступами поднимающуюся к самому небу, лучезарному, как сапфир. И пока мой взгляд скользил всё выше от пёстрого разноцветья двора до безоблачных небес, я чувствовала, как замирает сердце и где-то в глубине души нарастает разрыв между реальным миром и этой идиллией, и как этот разрыв тает, делая реальность частью мечты и, как мечта и реальность тают, оставляя место лишь для лазурного сияния.
