Тахо снова заиграл по сенсорам, и «Хатха» двинулась навстречу сияющему монстру дальнего космоса. Мы все с напряжением вглядывались в очертания приближающегося звездолёта, и по мере того, как он увеличивался в размерах, тишина в рубке стала носить несколько гнетущий характер. Километровый двадцатипалубный гигант с выставленным напоказ оружием не мог не произвести впечатление. Вся эта путаница люков, щитов, антенн, траншей, шахт, выведенных на поверхность бронированных коммуникационных галерей, могла привести в трепет любого неподготовленного наблюдателя, и мои друзья смотрели на крейсер широко раскрытыми от ужаса глазами. Кирс взглянул на меня и замер. Боюсь, что мне не удалось скрыть выражение презрительного отвращения при виде этого несчастного урода. На Земле уже сто лет не строили такие утюги. Мы давно привыкли к гладким матовым обшивкам, скрывающим и коммуникации, и люки, и оружие, и само назначение кораблей. Наши крейсера сияют как прогулочные яхты, наши корветы-перехватчики напоминают причудливые игрушки с секретом, наши поисково-спасательные катера и корабли походят на экспедиционные звездолёты крутых авантюристов. Впрочем, в этом как раз особого противоречия нет. Эстетствующие земляне уже давно достигли того уровня силы и уверенности, когда предпочитают не столько демонстрировать мощь, сколько её скрывать. А ормийцы выставляют свои козыри напоказ. Вот и теперь я могла сосчитать, сколько у них лучемётов разных калибров, сколько ракетных установок, сколько шахт для выпуска аннигиляционных торпед. К сожалению, их было слишком много, и считать я не стала. Я просто включила запись с камер внешнего наблюдения. Потом я увидела на боковой палубе знакомые силуэты «Бурмахов», но это не произвело на меня особого впечатления, и только при взгляде на серебристую полосу взлетно-посадочной площадки, протянувшейся под верхней продольной платформой, у меня испуганно ёкнуло сердце. Целая эскадрилья «Грумов», сияющих, словно только что сошедших с конвейера и готовых к вылету, разместилась в форме птичьего косяка,
— Эта посудина неплохо выглядит для потрепанного годами старикана, — заметил Тахо.
— Теперь понятно, куда ушло императорское золото, или, по крайней мере, часть его, — вздохнула я. — Бастард отладил и начистил до блеска свой крейсер, закупил оружие и нанял солдат удачи.
— Зачем? — резко, словно выстрелил, спросил Кирс.
— Чтоб начать завоевание своего мира, видимо, — пожала плечами я.
— С моей Диктионы?
— Маленькая, отдалённая, дремучая планета…
— Они сломают о нас зубы, как ломали до них балары. У нас есть оружие. И мы готовы!
Я посмотрела на него, ожидая разъяснений, но он с мрачной и решительной ненавистью смотрел на крейсер за лобовым стеклом.
— Будем надеяться, что так оно и есть, — пробормотала я. — Тахо, нам пора уходить.
— Ещё немного, — проскулил он. — Ты же видишь, сколько у них нового оружия! А что ещё понавешано на другом борту?
Я опасливо покосилась на «Грумы».
— Тахо, поворачивай! Экран-поле — это маскировка, но не более. Нас нельзя засечь обычным радаром и при визуальном наблюдении, но мы продолжаем генерировать электромагнитное поле и излучать энергию, которую может засечь хорошая поисковая система.
— Ну, капельку… — продолжал канючить Тахо, выражение ужаса на его мордочке уже давно сменилось восхищённым любопытством.
— Поворачивай! — неожиданно заорал Кирс и ткнул его в бок.
Толчок оказался неожиданным, Тахо пошатнулся, его рука скользнула по сенсорам, и звездолет вильнул в сторону. Тут же слева вверху что-то сверкнуло, и рубку огласила громкая сирена.
— Что это? — ошалело тявкнул Тахо.
— Лучевая атака, балбес, — с завидным спокойствием процедил сквозь зубы принц Дикта.
— Понял. Поворачиваем!
К чести Тахо, он тоже не слишком растерялся. Ловко затанцевали по сенсорам его пальцы и «Хатха» по широкой дуге ушла в сторону от звездолёта. Вслед нам продолжали стрелять из палубных лучемётов среднего калибра, но огонь был не слишком плотным и наш капитан неплохо уворачивался, крутя свой катер наподобие монетки, пущенной волчком. Пока гравитационное поле звездолёта могло держаться в пределах нормы, я почти не ощущала неудобств. Меня куда больше беспокоила возможность погони, и я лихорадочно крутила ручки настройки системы наблюдения, чтоб не упустить из виду верхние палубы крейсера, где размещались «Грумы» и «Бурмахи». «Только не „Грумы“, — с суеверным страхом молила я. Я знала о них не понаслышке, но в бою с ними не встречалась. И, может, потому дожила до этого знаменательного момента.
