— Мы пытались спасти вашу сиятельную шкуру, — не скрывая презрения, процедил Авсур. — Часть местных осталась в зале, чтоб отвлечь внимание от той группы, что преследовала вас. Они и сейчас крушат там вашу непобедимую гвардию. Думаю, что каждый из них заберёт с собой не менее десятка наших. А те, что были здесь, испарились.
— Догнать! — приказал Рахут. — Схватить! Живыми!
— Лучше было их сюда не пускать, — заметил Сёрмон, снова присаживаясь на стол.
— Тебя не спрашивают! — прорычал Рахут. — Где Джинад? Он мне нужен!
— Да? — Авсур зло усмехнулся. — Тогда мы понесли потерю. Старик мёртв и с сотню других верных нам людей тоже.
— Ты… — захрипел бастард, шагнув к нему, и вцепился в его плечи дрожащими пальцами. — Ты и твой дружок! Вы нарушили контракт! Почему вы не выпустили Проклятого? Почему?
Он тряс Авсура за плечи, но тут раздался клёкот, и чёрная тень метнулась к нему. Оттолкнув бастарда, ормиец успел перехватить филина за крыло до того, как птица вцепилась когтями в физиономию будущего императора. Встряхнув филина как куклу, он бросил его Сёрмону и мрачно взглянул на Рахута.
— Если б мы выпустили Проклятого, то не только от заговорщиков, но и от твоей хвалёной гвардии, и от этого дворца ничего бы не осталось. Проклятый всё сметает на своём пути, не разбирая, где свои, где чужие. И впредь не смей трогать меня руками. Не всем нравятся твои объятия,
Рахут хрипло дышал, злобно глядя на него.
— Я приказываю догнать тех, кто сбежал, — выдавил он, наконец.
— Это уже не моя работа. Пригласи Бешеных Псов, — и, развернувшись, Авсур вышел из комнаты.
— Пойдём, маленький, — прижимая птицу к груди, Сёрмон спрыгнул со стола. — Здесь было слишком шумно, и тебе нужно отдохнуть. Драться с заговорщиками совсем не птичье дело.
Ни на кого не взглянув, он вышел вслед за другом. Рахут проводил их полным ненависти взглядом и обернулся к стоявшему в ожидании приказов сержанту.
— Вызвать Бешеных Псов! — распорядился он. — Немедленно!
VI
Их уцелело никак не более трех десятков и ещё меньше добралось до заветной двери, ведущей в тёмные катакомбы под дворцом и столицей. Донгор ещё долго стоял, не решаясь запереть последний проход для отступления тех, кто задержался наверху.
— Пора уходить, — нервно произнёс Юнис, вглядываясь в темноту подземелья, и Реймей положил ладонь на руку брата, сжимавшую тяжёлый рычаг, запирающий дверь. Двойным усилием они опустили его до упора и, не обменявшись ни словом, двинулись в долгий путь по древним катакомбам.
Путь шёл вниз, и вскоре под ногами захлюпала вода, а воздух стал душным и затхлым. Несколько факелов тускло горели в темноте, с трудом освещая неровные стены и свод низкого потолка над головами.
— Говорят, что эти подземелья были здесь ещё до того, как король Элаес построил столицу, — проговорил Юнис, чтоб разогнать гнетущую тишину вокруг. — Говорят, что их вырубили пришельцы из космоса, которых считали демонами. Потом их всех перебили, но вдруг кто-то из них уцелел?
Ему никто не ответил, и он продолжил:
— А ещё я слышал, что эти подземелья на самом деле ходы огромного червя, который питался людьми, пока монах Рилан не разрубил его пополам. Но если червя разрубить пополам, то будет два червя.
Донгор обернулся и ещё раз пересчитал тех, кто добрался до подвала. Двадцать три человека, меньше половины из тех, кого он привёл во дворец. Остальные потеряны безвозвратно, но и эти пока не в безопасности.
— Вы верите в червя? — Юнис взял его за рукав. Его кошачьи глаза возбуждённо блестели, и не сразу можно было понять, что причиной этого блеска является страх.
— Спроси Реймея. — хрипло произнёс Донгор. — Он видел его.
— Червя? Ты видел червя? — горный король обернулся к лекарю, который, как и другие, брёл по колено в воде, но даже при свете факелов была заметна его мертвенная бледность.
— Это не червь, — мотнул головой тот. — Дракон. Огромный и мерзкий. Я видел его в детстве, когда случайно забрёл сюда. Отец едва успел вытащить меня, иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали. После этого я поклялся, что никогда больше не спущусь в подвалы.
— Вот почему только один из вас унаследовал дело отца, — понимающе кивнул Юнис. Ему даже не пришло в голову подколоть спутника из-за его боязливости. — Ты не стал механиком, потому что боялся подвалов.
— Потому, что я видел дракона, — Реймей хмуро взглянул на него. — Донгор не видел. Он не ходил туда, куда не велел ходить отец… Но теперь у него есть все шансы увидеть это.
— Я уже не маленький испуганный мальчик, — перебил его Донгор. — Мы все не дети. К тому же мы верим монахам, которые указали нам этот путь.
— Может, дракон уже давно сдох. — пробормотал Реймей.
Ответом ему был далекий гул где-то позади, люди замерли, глядя кто назад, кто на мокрый выщербленный потолок над головами,
— Похоже, не сдох, — произнесла женщина в малиновом платье с наскоро перевязанной шарфом раненной рукой.
— Нет, это не дракон, — покачал головой Донгор. — Они взорвали двери. Они нашли вход в катакомбы. Нам нужно поторопиться.
