Но те роды, что уже собрали силы под Москвой, решили пойти до конца. Собственно, выбор у них был небольшой — либо поджать хвосты, либо попытаться-таки осуществить задуманное. Они решили рискнуть и выбрали второй вариант. Понимаю, но ни в коем случае не одобряю.
Занимаясь делами Династии, я был вынужден постоянно отвлекаться на то, что происходит вокруг рода Череповых. Войска мятежников спокойно продвигались вперёд, не встречая сопротивления. Их действия контролировались полицейскими дронами и вертолётами. Но полиция, как известно, не вправе вмешиваться в дворянские войны, если император не отдаст подобного приказа.
А он, судя по всему, не собирался его отдавать. Похоже, его вполне устраивает, что и без того ослабший клан может развалиться у нас на глазах.
Только вот я в любом случае этого не допущу. Даже если что-то сделают с Сергеем, остаюсь ещё я. У меня на руках есть тест ДНК, который подтверждает родство. В крайнем случае я объявлю себя новым князем Череповым и с поддержкой Грозиных уничтожу мятежников.
Надеюсь, что до этого не дойдёт, поскольку последствия в любом случае будут не самыми приятными.
В башню Династии я сегодня не поехал, остался на базе своей гвардии. Со всеми нужными людьми общаюсь по телефону. И в какой-то момент получаю звонок от Виталия.
— Слушаю, дядя, — говорю я, взяв трубку.
— Здравствуй, Александр. Как обстановка? — обеспокоенно спрашивает он.
— Хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем могла бы быть.
— Звучит как «неплохо», — усмехается Виталий. — Знаешь, я звоню тебе по двум вопросам.
— По каким?
— Только пойми меня правильно. Наш род и род Череповых — давние враги. Это удивительно, что мы, по сути, поддерживаем друг друга…
— Ничего удивительного, — перебиваю я. — Война никому не выгодна. Мятеж в их клане тоже. Вы же понимаете, что если бунтовщики отнимут у Череповых титул, это будет нам во вред? Грозины сейчас в тяжёлом положении, у кого-то из наших вассалов тоже может возникнуть желание поднять мятеж.
— Конечно, ты прав. Но, ты знаешь, сегодня утром начали ходить слухи. После выступления Сергея Альбертовича, — вкрадчиво произносит Виталий.
— Что за слухи? — уточняю я, хотя уже и так догадываюсь.
— Скажу прямо. В интернете пишут, что именно он — твой отец. Мало того что вы похожи, есть и другие факторы.
Я отвечаю не сразу. У меня нет желания врать, тем более мы с Виталием в последнее время сблизились. Он открылся мне, как никому другому, и я буду чувствовать себя отвратительно, если совру ему.
Но и говорить правду я тоже не хочу. Сейчас точно не время.
— Послушайте, дядя, разве сейчас есть смысл это обсуждать? Давайте дождёмся, чем закончится мятеж. В любом случае вам лучше обсудить это с нашим князем, — говорю я.
Достаточно завуалированно, но умный человек догадается, что за всем этим скрывается лишь одна фраза. «Да, Черепов — мой отец».
А Виталий, безусловно, не глупец.
— Я… понял тебя, Александр, — сдавленно произносит он. — Ты прав, сейчас не стоит это обсуждать.
— Спасибо, — отвечаю я. — А какой второй вопрос?
Кашлянув, дядя отвечает:
— Я тут узнавал, как там наши миротворцы, как погода в Сибири.
— И как погода?
— В порядке, но мне сказали, что в Москву идёт мощный циклон. Понимаешь?
— Кажется, да, — говорю я. — У нас тут происходит много интересного, и ураган больше не в силах сдерживаться. Хочет быть в центре событий.
Мы с Виталием оба понимаем, что речь идёт о Юрии и Максиме. Мой деятельный старший дядя наверняка с ума сходит от осознания того, что он не может участвовать в развернувшейся экономической войне.
— Да, всё верно, — отвечает Виталий.
— Знаете, я думаю, что для этого скоро настанет время. На то есть причины. Сегодня утром Сергей Черепов воскрес, и кое-кто может понять — если воскрес один, то и другие могут вернуться к жизни.
— Есть и ещё одна причина. Князь Вальтер зашевелился. Недавно он полностью получил свою долю акций от Жарова и теперь созывает внеочередное собрание управляющего совета. Мне доложили, что он проводит тайные встречи с членами совета. Вполне возможно, что готовит свержение князя, — в голос Виталия вторгаются нервные нотки. — И поверь мне, он попытается это сделать гораздо продуманнее, чем Андрей Жаров.
— Не сомневаюсь. Что мы можем сделать в ответ?
— Есть пара идей. Некоторые члены совета на нашей стороне, на кого-то мы можем надавить или убедить их не раскачивать лодку. Но Вальтер тоже может быть весьма убедителен. У него в руках немало власти, а если кукловод ему помогает…
— Почти наверняка помогает, — вставляю я. — Не удивительно ли, что именно сейчас, когда начался мятеж, Вальтер решил созвать совет?
— Да, всё верно. Враги пытаются расфокусировать наше внимание и заставить расходовать ресурсы. Ещё и эти чёртовы проверки, — скрипит зубами Виталий.
— Мы справимся, дядя. С мятежом у Череповых я разберусь сам. Прочие трудности тоже под контролем. Я думаю, вам с князем стоит сосредоточиться именно на предстоящем собрании и не допустить, чтобы Вальтер перетянул на свою сторону достаточно людей, — говорю я.
