В голове царила оглушающая пустота. Не было никакого «обычно». Я нигде не скрывал свою личность, особенно учитывая, что обо мне можно было узнать по запросу в Google. Именно поэтому я предпочел учиться в Англии, где никто не мог правильно произнести мое имя, не говоря уже о том, чтобы выучить наизусть историю моей семьи. В Норвегии же это было связано с тем, что за последние десятилетия моя семья неоднократно оказывалась в центре внимания средств массовой информации. В первую очередь, мои родители, тетя, дядя и бабушка с дедушкой. Именно благодаря их связям и роскошному образу жизни в свое время появились печатные СМИ и социальные сети, которые запечатлели все их ошибки. Особенно моего дяди, о котором больше никто не произносил ни слова. Главным образом мой дед. Заголовок «Снег летом» оказался провокационным и принес ему не только проблемы, но и убытки. Мои родители стали героями бульварной прессы, когда законы не были еще так строги. Силье и Кристиан Скоген.
– Сандер? – нежный голос Норы ворвался в мои бушующие мысли. – Или подожди, лучше, чтобы я называла тебя Александер?
– Сандер вполне подойдет, – сказал я и постарался сосредоточиться на ее присутствии, которое словно успокаивало бушующие внутри меня чувства. Я тут же почувствовал притяжение, которое исходило от Норы и в то же время казалось невероятно естественным. Это плохо. Это совсем не то, что мне нужно.
– Не знаю, позволит ли Вилма, но тур длится две недели, и ты сможешь обрести необходимый покой. Однажды к нам приезжала актриса, и всем пришлось подписать договор о неразглашении. Возможно, и в твоем случае стоит поступить так же.
Мое лицо оставалось бесстрастным. Я знал, потому что учился этому. Смех по команде. Сарказм, который скрывал мои переживания и обманывал всех, заставляя верить, что я держу ситуацию под контролем. Мастер обмана.
Однако последние недели меня несколько утомили. Особенно встреча с семьей оставила свои следы, и я заметил, что мой фасад пошел трещинами. Словно старый дом.
– Я уже думал об этом, но не уверен, помогут ли такие меры, – произнес я, размышляя вслух. Не понимаю, почему рядом с Норой я становился таким откровенным. Она вызывала у меня ощущение уверенности, а это было рискованно. – На самом деле я не смогу помешать, если она захочет об этом рассказать. Я просто публичная персона. – В горле поднялась горечь, и все тело отреагировало защитным механизмом. Совсем не хотелось, чтобы меня нашла пресса. Потому что да, черт подери, мне нужно было спокойствие. Я хотел сбежать от давления, обвинений, взглядов, от этого чувства, что все вокруг считают меня придурком-сексистом. Потому что я таким не был.
– Эй, – я почувствовал легкое как перышко прикосновение к запястью. С удивлением опустил взгляд и увидел, что Нора нежно касается моей кожи своими пальцами, возвращая меня к реальности.
Наши взгляды встретились, и меня внезапно охватило желание так же ее коснуться.
