– А что ты имел в виду? – спросила я, вскинув брови, яростно отталкивая все мысли в сторону. – Ясно, другого ты не знаешь. Если тебе хочется чего-то нового, то ты это просто покупаешь. – Мой голос наполнился горечью, и что-то подобное сожалению пронзило сердце. Такое сварливое поведение не было на меня похоже. И точно уж не в разговоре с участником похода.
Но я всегда была такой. Если что-то вызывало у меня страх, я старалась держаться от этого подальше. Пряталась, обращалась в бегство и уносилась далеко. Очень далеко.
Чтобы в конце концов меня не ранили.
– Как ты вообще пришла к такому выводу? Просто потому, что я сказал, что эта куртка кажется потрепанной? Это была шутка. На самом деле такие джинсовые куртки уже имеют культовый статус. – Сандер небрежно провел рукой по волосам и мгновение просто смотрел на меня. – Или дело в чем-то другом?
– Прости, – тихо произнесла я и снова замерла. – Я не это имела в виду. Ты просто задел одну больную точку.
Его выразительные черты лица светились неподдельным интересом. Сандер наклонился ко мне, и его близость стала почти опасной. Ближе, чем стоило. Но не так близко, как мне бы хотелось.
Возможно, стоило игнорировать чувства, которые вызвала во мне такая интимность. Но почему-то мне это не удавалось. Почему-то это было очень приятно. Желание преодолеть расстояние и коснуться его охватило мои пальцы.
– Кто-то подарил тебе эту куртку?
– Черт!
Сандер озадаченно уставился на меня.
– Что такое?
– Ты снова это делаешь! Заглядываешь в мои мысли!
Одно крошечное мгновение казалось, что он потерял дар речи, но затем раскатисто рассмеялся, и этот непринужденный и искренний звук попал мне прямо в сердце. В животе начали копошиться маленькие пузырьки воздуха, и я впилась ногтями в ладони. Как и всегда, когда нужно было взять эмоции под контроль.
– Она моей мамы, – тихо произнесла я, и лицо Сандера тут же посерьезнело. – Куртка принадлежала маме до ее смерти. Хотя с тех пор прошло уже почти двадцать лет, мне иногда кажется, что я чувствую мамино присутствие. Или, быть может, нахожу на куртке последний след ее запаха. Хотя это чушь, ведь я очень часто куртку стирала.
На его лице отразилось смущение.
– Прости. Я не знал.
– О чем? И давай честно, тут нет ничего такого. У тебя наверняка тоже есть какая-нибудь вещь, напоминающая о чем-то.
Сандер был удивлен и, подумав мгновение, наконец устало ответил:
– Да, но речь не об эмоциональной ценности.
Прежде чем я успела отреагировать на его признание, в поле зрения появилась Сильвия. Ее крашеные рыжие волосы сегодня были убраны наверх, а благодаря солнечной погоде она уже покрылась бронзовым загаром и в тонких солнечных очках выглядела лет на десять моложе.
– Нора, можно тебя на секундочку побеспокоить?
Я откашлялась и отошла от Сандера, а уголки его губ поднялись в кривой улыбке. Когда наши взгляды слились воедино, я была счастлива, что наконец-то смогла освободиться от этого напряжения. Но в то же время ощущала практически физическую необходимость снова подойти к нему, и мне пришлось сражаться с этой тягой.
Обернувшись через плечо, я заметила, что Сандер все еще смотрит мне вслед. Не так, как в предыдущие дни. Словно что-то очень важное изменилось. Его аура казалась спокойнее и решительнее. Как у человека, который точно знал, чего хочет. Мое сердцебиение заметно ускорилось.
Вопреки здравому смыслу и любому рациональному мышлению мне хотелось быть тем, чего он хотел.
И в то же время я спрашивала себя, не станет ли это моим концом.
За последние годы Язык Тролля стал настоящей фотомоделью. Удивительно, как много людей готовы были стоять в очереди, чтобы сделать идеальный снимок на фоне этого удивительного места или на его языке.
Это одна из причин, почему мы с группой переночевали перед этим местом. Так нам не придется в шесть часов утра отправляться в путь, чтобы оказаться на месте перед первым «нападением». К сожалению, было немного туманно и пасмурно, однако скрывалось в этом нечто таинственное и сказочное. Волшебство, которое ругающиеся и чертыхающиеся туристы явно не могли оценить, потому что им нужно было в срок спуститься к своим автобусам. К 17 часам даже место для установки палаток было забито. Однако это не сравнится с тем, сколько людей собралось у панорамного фотографического места. Мы с Оле поприветствовали нескольких гидов, с которыми были знакомы лишь поверхностно или чуть лучше. Они уже начали готовить ужин для своих групп, а мы помогли своим участникам поставить палатки. Наши туристы уже мало напоминали тех, с кем я начинала поход. Поразительно, как быстро все развивается.
Сильвия и Труде, несмотря на немалый опыт участия в походах, были на пределе своих сил. После ужина у костра они сразу же отправились в палатку. То же самое касалось и пары из Бельгии, семьи Вилмы и Клаусен. Оле оживленно общался с Сандером, лицо которого освещали красные отсветы костра. Его черные волосы прилипли ко лбу, потому что Сандер был единственным, кто искупался в горном озере.
