- А это мне! - радуется Мышка. - Это о Гоге... Вот я не презираю его, как Динка, и он мне много интересного рассказал, и стихи читал, и книжку обещал дать. Значит, я не плюнула в колодец - и мне пригодилось!
Алина заглядывает в мамину книжечку и вдруг горестно вздыхает:
- Ох, мама! Смотри: "Куй железо, пока горячо". Это ведь мне! Не ответила я сразу своей подружке Сонечке из Витебска, а теперь письмо потерялось, и нет адреса...
- Так и не нашлось письмо? - закрыв книжечку, спросила мама. - Да, я помню. Это ужасно неприятно. Только эта пословица не совсем подходит к такому случаю...
Мама объясняет пословицу и незаметно переходит к тихим, теплым воспоминаниям.
- Вот когда мы с папой жили на элеваторе... - начинает она.
- Мама! Почему от папы так долго нет писем? - неожиданно прерывает ее Мышка, и все трое с тревогой смотрят на мать, - Может быть, с ним что-нибудь случилось?
- Нет, если бы что-нибудь случилось, я бы сейчас же узнала. Просто ему не с кем послать письмо. Ведь папа не может писать по почте, - спокойно объясняет мать.
- А где же Кулеша? Разве он не приезжал с тех пор? - опрашивает Алина.
- У Кулеши много других дел. Но он обязательно приедет и привезет нам письмо, - успокаивает детей Марина.
- Мама! Расскажи про Кулешу! - вдруг просит Динка.
- Расскажи, расскажи! - поддерживают ее сестры.
- Да вы уже двадцать раз слышали! - улыбается мать, но она и сама любит вспоминать свое первое знакомство с Кулешей. - Ну, слушайте... - начинает она, понизив голос. - Случилось это, когда мы еще жили на элеваторе. Один раз товарищи поручили мне перевезти в другой город запрещенную литературу...
- В Сызрань, мамочка, - шепотом подсказывает Алина.
- Да, в Сызрань, - подтверждает мать. Дети придвигаются ближе и с волнением смотрят ей в лицо.
Марина рассказывает, как она укладывала в чемодан свои вещи, перемешивая их с нелегальной литературой, как волновалась на вокзале и наконец села в поезд.
- В вагоне было мало народу... Рядом со мной сел студент. Он попросил разрешения поставить мой чемодан на полку, а рядом поставил свой, новенький черный чемодан...
- Мама, а какой он был, этот студент? - с жадным любопытством спрашивает Динка. - Ты сразу посмотрела на него?
- Конечно. Мало ли кто мог ехать со мною. Но я посмотрела и успокоилась. Студент был совсем молодой. Видимо, еще первокурсник. Крепкий, приземистый, с коротко остриженной головой и торчащими ушами, он показался мне немножко чудным... - весело усмехается Марина, но дети нетерпеливо ждут продолжения. Ну, я успокоилась... Едем, едем... Вдруг...
- Почти перед самой Сызранью, - шепотом подсказывает Алина.
- Да, на одной из станций... в вагон входит жандармский офицер и с ним два жандарма...
- Ой... - чуть слышно вздыхает Мышка.
Динка прижимает к щеке мамину руку. А взволнованный рассказ подходит к самому интересному месту:
- "Мадам, вы арестованы. Потрудитесь указать ваши вещи". - "У меня нет вещей". - "Нам известно, что с вами был чемодан"
Марина бросает быстрый взгляд на студента и указывает на его чемодан.
Студент молчит, но молодое скуластое лицо его выражает полную растерянность...
Жандарм снимает с полки новенький черный чемодан и идет с ним к выходу.
"Прошу", - говорит Марине жандармский офицер.
У двери она оглядывается. Студент стоит у окна, торчащие уши его пылают огнем... Марина проводит ночь в тюремной камере. Утром ее вызывают на допрос.
На столе - раскрытый чемодан. Содержимое его вызывает полное недоумение следователя: несколько старых, исчерканных карандашом учебников, со старыми надписями многочисленных владельцев, огрызок свежей булки, серый кулек с сахаром, завернутое в полотенце мыло и аккуратно сложенная чистая рубашка...
- Ну и отпустили меня домой! - весело заканчивает Марина.
Динка громко хохочет и подпрыгивает от удовольствия, Мышка хлопает в ладоши и обнимает мать, но Алина усаживает сестер на место:
- Подождите! Ведь самое главное было потом... Мама, рассказывай дальше!
- Рассказывай, мамочка! - просят дети.
- Прошло года три... - напоминает матери Алина.
- Да, не меньше. Я уже совсем забыла этот случай, как вдруг приходит откуда-то папа и с хохотом рассказывает мне, что товарищи рекомендовали ему для связи одного студента по фамилии Кулеша. И что, рассказывая о себе, студент упомянул о случае в вагоне, когда в его руки случайно попал чемодан с нелегальной литературой. "Эта попутчица лишила меня последней рубашки, но открыла мне глаза", - серьезно добавил он, не обращая внимания на то, что наш папа совершенно поражен его рассказом... - Марина взглянула на веселые, улыбающиеся лица детей. - Вот и все про Кулешу.
- А помнишь... - снова начинает кто-то из детей. Сумерки уже мягко ложатся на кусты и деревья, окна в даче становятся черными, скоро Катя зажжет в комнате лампу, а воспоминания следуют одно за другим, и маленькая теплая кучка на крыльце все тесней жмется друг к другу.
Но от калитки отделяется какая-то фигура и торопливо идет по дорожке к дому.
- Малайка! Мама! Малайка приехал! - вскакивает Динка.
- Малайка! Малайка! - бросаясь навстречу, кричит Мышка.
