- Робя! Робя! - стонущим криком зовет Динка; руки ее слабеют, но грузчики уже со всех сторон сбегаются на помощь.
Парень в тельняшке вырывает из рук Гордея Динку и передает ее товарищам.
- Отпусти парня, слышь! Отпусти мальчонку! - с бешенством кричит он, пытаясь разжать железные руки хозяина.
- Не вступай! Худо будет! - угрожающе кричит Гордей, еще крепче стискивая мальчика.
Голова Леньки бессильно падает, губы синеют... Грузчики молча обхватывают Гордея сзади и валят его на пол. Парень в тельняшке выносит из толпы Леньку и ставит его на ноги. - уходи отсюда. Бери сестренку, - торопливо говорит он, возвращаясь к товарищам.
Грузчики расступаются... Гордей молча поднимается с пола. Жилетка его расстегнута, ворот рубахи оторван, сбившаяся клочьями борода в пыли.
- Где приказчик? Тащи его сюда! Пусть делает расчет немедля! - командует парень в тельняшке.
Грузчики вытаскивают с баржи перепуганного приказчика.
- Братцы! Ребятушки! Давай по чести, по совести! - вопит упирающийся приказчик.
- Знаем мы твою совесть! Плати за погрузку! С бочки плати! - со всех сторон наседают на него грузчики.
- Плати с бочки! - командует парень в тельняшке. - Нам твоего не нужно, но и своего мы не упустим!
Сломленный Гордей тяжелым, мутным взглядом окидывает возбужденные суровые лица грузчиков и молчит.
Приказчик дрожащими руками отсчитывает деньги. Пожилой староста артели степенно прячет их в бумажник.
- А теперь поспешай! - насмешливо говорит хозяину парень в тельняшке. - Да гляди, боле сюда не заявляйся! Ракам скормим!
Гордей тяжелыми шагами подымается на баржу, приказчик трусливо семенит к выходу. Один из грузчиков швыряет ему вслед помятый картуз.
- Эй ты, заяц! Цилиндру свою забыл! - смеются рабочие, убирая сходни.
Буксирный пароход дает три коротких гудка. Между причалом и баржей растет глубокая черная щель.
Гордей выпрямляется и окидывает взглядом палубу.
- Ленька! - зычно кричит он.
"Ле-ень-ка!" - откликается за Волгой насмешливое эхо.
Глава шестая
ПОМИНАЙ КАК ЗВАЛ И...
От пристани медленно удаляются две фигуры. Ленька идет впереди; Динка, всхлипывая, тащится сзади. Ноги у нее словно перебиты, голова не поворачивается, спина горит.
Ленька подходит к берегу и, опустившись на колени, погружает в воду занемевшие руки.
- Как работать буду? - с отчаянием бормочет он, двигая в воде острыми локтями и поворачивая ладони. - Суродовал он меня!
Динка, всхлипывая, присаживается рядом.
- Ну, чего плачешь? - расстроенно спрашивает Ленька. - Зачем полезла не в свое дело? Динка всхлипывает еще горше.
- Мало с кем я подерусь, дак ты и будешь завсегда соваться?
Динка поднимает залитое слезами лицо и молча кивает головой. Ленька отворачивается и безучастно смотрит на хлопотливый буксирный пароходик, который тащит за собой плот и баржу. Палуба на барже загромождена бочками. Ленька подается вперед, глаза его расширяются, щеки вспыхивают.
- Макака! - кричит он, вскакивая на ноги и указывая рукой на Волгу. Баржа уходит! Гляди, гляди! Уходит!
Динка силится разглядеть баржу, но слезы застилают ей глаза, и она ничего не видит.
- Уходит! Уходит! - торжествующе говорит Ленька. - Без меня уходит! Я теперь вольный человек! - Он вытягивает вперед руку и трогает свои мускулы: Работу найду! Туда-сюда кинусь! Много денег заработаю! Всего тогда накуплю тебе, Макака!
- А чего ты накупишь? - всхлипывает Динка.
- Чего хошь, того и накуплю! Игрушков али обновы какие! - весело обещает Ленька.
- Я хочу обновы, - смаргивая слезы, говорит Динка. Ей нравится незнакомое слово. - А какие они, эти обновы? - спрашивает она, заинтересовываясь будущими подарками.
- Обновы-то? - Ленька морщит лоб и склоняет голову набок. - Ну, полботинки с галошами али ситец, а то, бывает, и шелк. Я на одной барыне видал - тахта называется. Как парус, вкруг человека стоит. Красиво! Я тебе тахту куплю! говорит Ленька и, заложив руки в карманы, гордо закидывает голову.
Изорванная рубаха клочьями свисает с его мальчишеских плеч, старые холщовые штаны пестрят заплатами, но Динке кажется, что Ленька действительно неописуемо богат и все может.
- Не надо паруса, - говорит она. - Лучше купи дом. Большой дом для, всех сирот... Чтоб они там жили... Чтобы их никто но бил...
- Куплю и дом! - с гордой уверенностью говорит Ленька. - Светлый дом на тысячу окон! Соберу сирот, настановлю им всяких кушаньев вдоволь... Ладно так будет? - с улыбкой спрашивает он, присаживаясь на корточки и заглядывал Динке в глаза.
- Ладно, - говорит она, всхлипнув.
- А коли ладно, так не плачь... Больно он тебя зашиб? - участливо спрашивает мальчик.
- Больно...
- Но спине вдарил?
- По спине... и голову оторвал... - жалуется Динка. Ленька мрачно задумывается. Разговор смолкает. Динке надо торопиться домой; она вспоминает, что мама уже давно дома и, наверное, ищет ее, но дорога кажется девочке такой длинной, ей так трудно подняться. И, ощущая свое бессилие, оно снова начинает плакать.
- Не плачь... Меня инда в пот кидает от твоего плача, - нервничает Ленька.
