Директива Джэнсона полностью

На бегу Джэнсон обернулся, но так ничего и не увидел. Единственным звуком был глухой удар пули о ствол дерева; шума взрыва пороховых газов в стволе винтовки слышно не было. По всей видимости, стрелок использовал глушитель. Однако даже в этом случае пуля, вылетающая из ствола со сверхзвуковой скоростью, издала бы звук — необязательно подозрительный, но все же заметный; напоминающий щелчок бича. Джэнсону был слишком хорошо знаком такой звук. И из того, что он его не услышал, следовало кое-что еще: выстрел опять был сделан с большого расстояния. Если до снайпера больше трехсот ярдов, звук выстрела затеряется в шелесте листвы и общем шумовом фоне парка. Вывод: за ним охотится чрезвычайно опытный стрелок.

Или целая командастрелков.

Где безопасное место? Сказать это невозможно. По спине Джэнсона поползли мурашки страха.

В паре футов перед ним над дорожкой взметнулся фонтанчик земли. Еще один промах. Выстрел был сделан с очень большого расстояния и в двигающийся объект: одно то, что пуля отклонилась меньше чем на десять ярдов, свидетельствовало о необычайном мастерстве снайпера. Что не могло не вселять ужас.

Постоянно находиться в движении:в окружении невидимых охотников единственная надежда на спасение заключалась в том, чтобы сделаться как можно более неуловимой мишенью. Но одного движения недостаточно. Он должен бежать рывками, в противном случае опытный снайпер без труда сможет рассчитать «опережение». Это одно из простейших упражнений, которое выполняют даже начинающие: стрельба по цели, движущейся с постоянной скоростью в одном направлении. Достаточно сопоставить расстояние и скорость цели и сместить линию прицеливания на несколько градусов в нужную сторону, выстрелив туда, где цель окажется в тот момент, когда до нее долетит пуля, а не туда, где она находилась в момент выстрела.

Но еще более существенно то, как движется цель относительно снайпера. Одно дело — поперечные перемещения. Но движения, приближающие или удаляющие цель от снайпера, практически не сказываются на прицеливании: пуля все равно попадет куда нужно.

Джэнсон еще не установил, сколько снайперов охотится за ним, не определил, где находятся их позиции. Поэтому он не знал, какие перемещения являются поперечными, а какие нет. Правила окружения и ведения продольного огня по цели требовали расположения снайперов на одной линии; таким образом они могут не беспокоиться насчет «перелетов» и не бояться поразить друг друга или случайных прохожих.

Снайперы — где они? Последние два выстрела были сделаны с юго-запада. Поблизости в той стороне ничего нет, но на расстоянии нескольких сотен ярдов темнеет дубовая роща.

Джэнсон побежал, озираясь по сторонам. Спокойствие окружающего парка было чем-то нереальным. Здесь было немноголюдно, но все же ему то и дело встречались прохожие.

Вот бредет молодой парень, покачиваясь в такт того, что звучит в наушниках его магнитофона. Вот молодая женщина с коляской разговаривает с другой женщиной, судя по всему, с близкой подругой. До Джэнсона доносились отдаленные крики детворы в лодках, плещущихся на огороженной мелководной части пруда. И разумеется, повсюду среди дубов, белых ив и берез гуляли влюбленные парочки, погруженные в собственный мир. А он пребывал в своем обособленном мирке. Они находились рядом, в блаженном неведении относительно происходящего. Но что может здесь случиться?

В этом заключалась гениальность операции. Стрельба была практически бесшумной. Едва уловимые удары пуль о стволы деревьев, землю или воду могли показаться подозрительными только тому, кто заранее настроился их услышать.

Риджент-Парк — зеленый островок спокойствия — был превращен в зону убийства, и никто об этом не догадывался.

Кроме, разумеется, предполагаемой жертвы.

Где спасение? Этот вопрос непрестанно звучал в сознании Джэнсона, звучал с пронзительной, настойчивой требовательностью.

У него было единственное преимущество действия над ответным действием: ему одному был известен его следующий шаг; преследователям приходилось откликаться на его движения. Но если им удастся ограничить его свободу маневра, заставить действовать в рамках строгих ограничений, и это преимущество будет потеряно.

Джэнсон метался из стороны в сторону вдоль линии, по его оценкам, перпендикулярной оси размещения снайперов.

— Разминаетесь? — насмешливо заметил пожилой мужчина с ровной седой челкой, остриженной на манер цезаря. — У вас неплохо получается. Еще немного, и вас пригласят в «Манчестер Юнайтед»!

Подобные шутки предназначаются тем, кто производит впечатление ненормальных. Но разве можно было объяснить странные, резкие движения Джэнсона, стремительные броски вправо и влево, казалось бы, неподвластные никакому закону, совершенно бессмысленные? Это выписывала свою сложную кривую огромная бескрылая колибри.

Сделав внезапный рывок, Джэнсон смешался с толпой прохожих, направляющихся к Йоркскому мосту. Его манила открытая эстрада: она защитит от снайперов.