— Твои слова не лишены смысла, Сергон. Но ты правда считаешь, что они не найдут нас? — Ян совладал с первой волной эмоций. Поначалу он ещё мог обвинить друга в предательстве, но теперь… он и сам немало думал о том, что же они могут противопоставить второй группе кораблей Альянса, которая могла явиться вслед за первой. Покинуть систему Каюррианцы не смогли бы даже при всём желании, так как на расчёты требовалось время. Уповать на незаметность брошенных в дрейф кораблей? Авантюра чистой воды, ведь ищущий да обрящет. Цийенийцы, придил они сюда за местью, прошерстят систему и рано или поздно. но наткнутся на их корабли. Ситуация была безвыходной, и ни сам Ян с товарищами, ни Система не могли предложить достаточно надёжного варианта. — Что им мешает захватить тебя, а после найти нас и уничтожить с куда меньшими потерями? Без тебя мы ничего не сможем противопоставить их колдунам…
— И со мной — тоже, Ян. Мне повезло обрести большую силу, но я почти не умею ею пользоваться. Колдуны же направляют Эфир через своего Владыку, а тот способен сжать в точку целую армаду, был бы в том смысл. Но пока он не жаждет вашей крови, считая моё добровольное сотрудничество гораздо более ценным, чем месть за «жалких клонов». Я надеюсь, что так будет и впредь. А с нашими «спящими красавицами» я установил крепкую связь — случись что, и я об этом узнаю. Цийенийцы не станут охотиться на вас после, отказываясь от лишнего рычага давления на меня.
— Для всего этого не требовалось устраивать… это. — Ян хотел бы пошевелить руками, да только это у него всё ещё не выходило.
— Эфир отражает мысли многих. Сейчас меня слышишь только ты, и я слышу только тебя. Но если ты слишком рано расскажешь остальным обо всём, как есть, они всё же могут что-то предпринять. — Ян удивился бы, если б мог после всей этой череды мистических потрясений. — Пусть лучше считают меня предателем. Так будет надёжнее, а мне — спокойнее.
— И куда ты уйдёшь?
Сергон чуть наклонил голову.
— Они вот-вот прибудут в систему, и помогут мне открыть односторонний портал на их корабль. По крайней мере, я надеюсь на то, что он будет односторонним… — Не слишком уверенно обронил мужчина. — Не идите за мной и следуйте инструкциям. Тогда всё должно быть хорошо.
— Ты вернёшься?
— Не знаю. Не буду лгать: мне и самому интересно узнать, на что способен Эфир в умелых руках. Что-то такое долгое время было моей мечтой, а сейчас появилась возможность воплотить её в реальности. Пару кораблей одним залпом: у вас появляется шанс вернуться домой живыми, а я получаю возможность развить свой талант. Эгоистично? Возможно. Но ты бы сам поступил иначе на моём месте?.. — Сергон резко обернулся, вперив взгляд в ничем не примечательную точку пространства. Прошла секунда, другая — и прямо в воздухе вспыхнула пурпурная точка, быстро растянувшаяся во внушительную, способную пропустить полноценный антиграв кляксу. — Не буду прощаться, но удачи вам пожелаю. Не держите зла.
— Тебе удача пригодится больше, чем нам… — Последние слова Яна Сергон едва ли слышал, ибо спина его скрылась в кляксе, которая поспешила тут же схлопнуться. Ещё несколько секунд Каюррианцы простояли в не дающем им двигаться желе, после чего дружно попадали на землю: когда вот так резко исчезает опора, очень сложно оказывается сориентироваться и удержаться на ногах. Ян почти справился, припав на одно колено.
— Чёрт! Что это было⁈
— Он нас предал⁈
— Это засада⁈
— Отставить панику! — Капитан вскинулся, уверенно встав на ноги и обведя взглядом своё «воинство» взглядом. — Оцепить периметр! Смотреть в оба! На любое движение — огонь на поражение!..
Идти против просьбы друга Ян, в конечном счёте, не решился. Если требовалось поддержать среди своих мысль о том, что Сергон их предал, то он это сделает, даже если это ему лично совсем не нравилось. Но Эфир и его возможности…
Определённо, стоило не только как можно быстрее, — но не раньше чем через десяток дней, — поставить в строй инициированных одарённых, но и самому поднапрячься в надежде «проклюнуться».
Хотя бы попытаться, ведь чувствовать себя слепым и беспомощным мужчине не нравилось категорически…
С гулким перестуком Сергон ступил на металлический пол не помещения, но ангара, в котором находилась не только техника, но и целая толпа птицелюдов… и людей: не без удивления, но мужчина почти сразу вычленил взглядом нескольких человек, облачённых в странные хламиды поверх довольно-таки примитивных скафандров, лишённых шлемов. Они стояли перед птицелюдами, но всё внимание невольно концентрировалось на высоком, худощавом брюнете с покровительственной ухмылкой и пронизывающим, острым взглядом. Вдоль его висков тянулись свежие, ещё не успевшие побелеть красноватые полосы — шрамы, а одна белесая линия перечёркивала правый глаз сверху-вниз, лишая образ всякого изящества. Мужчина этот мог бы считаться красавчиком, но именно такое расположение ран и шрама формировало отталкивающее, неприятное ощущение.
