— Ага. Он сорвал планы Салем, когда у той имелся элемент неожиданности, не говоря уже о предателях в преподавательском составе Бикона, поддержке Белого Клыка и взломанных боевых роботах Атласа. Жон умудрился разобраться с ними всеми, так что сейчас ситуация лишь улучшается: Бикон постепенно превращается в крепость, а студенты выполняют задания, зарабатывая деньги на ремонт в качестве наемников и заодно получая боевой опыт.
— Очень интересно, – пробормотала Рейвен, задумчиво постукивая пальцем по поверхности стола. – Похоже, он… куда активнее Озпина. Еще и умен, если сразу же сумел разглядеть угрозу и принял соответствующие меры. Только дураки встречают опасность с закрытыми глазами.
Она одним глотком допила содержимое стакана.
— Но я уверена, что ты сюда прилетел совсем не для того, чтобы похвастаться своим новым парнем. Давай уже перейдем к делу. Что конкретно от меня нужно “самому молодому директору в истории”? Клятва верности? Служба? Способности к шпионажу? Может быть, тренировать детей ради будущих битв или даже участвовать в этих самых битвах?
— Ничего из перечисленного. Ему необходима информация.
Рейвен слегка прищурилась.
— Я не собираюсь раскрывать тебе личность девы Весны.
— Вот и хорошо, – к ее немалому удивлению, ухмыльнулся Кроу. – Сейчас нам этого лучше и не знать. Даже с защитой уже имеющейся у нас полудевы возникает слишком много проблем, так что остальные девы пусть бегают где-нибудь еще.
— Озпин считал совсем иначе…
— Как уже было сказано, меня сюда прислал вовсе не Озпин. Но он, кстати, связан с целью моего визита. Нам необходима информация о нем… Или, если точнее, об Озпине и Салем.
— Только информация?
— Сложно противостоять врагу, когда ты о нем почти ничего не знаешь. Жон с Глиндой говорят, что Озпин не оставил практически никаких сведений. Слишком уж он обожает тайны…
— Я вам это твердила чуть ли не два десятка лет, – проворчала Рейвен. – Вы просто отказывались меня слушать. А теперь, значит, пришел новый директор, сказал то же самое, и ты, Кроу, тут же ему поверил? Даже не знаю, радоваться ли тому, что до вас наконец дошло, или испытывать ярость от подобного ко мне отношения.
— Ну… – протянул он, поморщившись и подумав, что Рейвен действительно была настроена против Озпина с самого рождения Янг. – Слушай, существует некоторая разница между твоими заявлениями о том, что Озпин является источником всего зла, и высказыванием Жона, что этот старый параноик отказывается делиться с союзниками необходимой для работы информацией. Довольно значительная разница, между прочим. К тому же Жон вовсе не собирается прекращать сотрудничество с Озпином, хоть и считает его “ленивым ублюдком”.
Рейвен насмешливо фыркнула.
— И нет, я не намерен просить тебя служить Жону. Он об этом вообще ничего не говорил, а лично я считаю подобную идею крайне неудачной. Ты всё равно моментально сбежишь, как только Жон доверит тебе хоть какую-нибудь ответственную задачу.
— Ты тоже сбежишь, если узнаешь хотя бы половину того, что знаю я…
Кроу подался немного вперед.
— Вот потому-то я сюда и пришел. Нам необходимо понимать, с кем мы боремся, как ее победить, и на что она вообще способна.
— Сейчас? Ты решил задать все эти вопросы именно сейчас, Кроу, а до того верил Озпину на слово?
— На Бикон напали, и во время нападения погибли люди.
— Почему-то смерть той же Саммер глаза тебе не раскрыла.
— На самом деле, раскрыла, – вздохнул Кроу. – И мы с Озпином тогда очень долго спорили. Но я пришел сюда говорить не о Саммер, а о Салем. Ну, и об Озпине тоже. Поведай мне всё, что считаешь нужным, и я уйду. Жон не собирается ничего у тебя просить или заставлять как-либо рисковать собой. Скорее уж наоборот – чем больше нам будет известно, тем проще станет защищать нашу деву.
— Эту мысль я уже уловила, – закатила глаза Рейвен, намекая на излишнюю прямолинейность его подхода. – Со мной вполне можно договориться, особенно когда ты в кои-то веки действительно готов договариваться. Пожалуй, начну с самого большого Голиафа в комнате – с Салем. Она бессмертна.
— Как Озпин?
— Нет, просто бессмертна. Озпин умереть способен, пусть даже его всего лишь перекинет в другое тело. Салем убить принципиально нельзя, – злорадно усмехнулась Рейвен, посмотрев ему прямо в глаза. – Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я так не хотела жертвовать своей жизнью в борьбе с ней по приказу Озпина? Салем не победить. Это попросту невозможно. Озпин спрашивал у Реликвии Знания и получил именно такой ответ. Пробить ее насквозь? Она не умрет. Отрубить голову? Переживет и это. Погрузить тело в кислоту? Понятия не имею, что конкретно произойдет, но думаю, ничего. Или же Салем вскоре восстановится.
— И ты… ну…
