Нет, Уитли вовсе не был так уж плох – всего лишь молод и неопытен… Но вот сочетание данных качеств с крайней настойчивостью создавали такое впечатление, будто Янг являлась сексуальной охотницей на маленьких мальчиков. Не поджидал ли ее у входа в особняк наряд полиции?
“Вот так бы, наверное, и выглядела Вайсс, окажись она мужского пола. Чуть менее стервозной, более уверенной в себе и, разумеется, полагающей, что любая женщина должна визжать от восторга при виде нее. Хм… Забавно, но я бы предпочла именно стервозный вариант”.
А вот Руби, которая не настолько хорошо разбиралась в людях и к тому же не находилась в центре внимания Уитли, явно сочла его довольно милым.
— Ты такой забавный.
— Ха… Эм, ну… Я стараюсь… – произнес он, потерев щеку, чтобы скрыть выступивший румянец.
“О Боги… Да тут всё еще хуже, чем я полагала”.
Янг отлично видела, как именно Уитли реагировал на вполне себе невинные замечания Руби.
“Так-так… Что там было с Вайсс? Поначалу она вела себя довольно резко и даже грубо, поскольку считала, что всех интересовали лишь ее фамилия и деньги семьи. Но искренность Руби заставила Вайсс постепенно оттаять”.
Глаза Янг округлились.
— Похоже, у вас вся семья оказалась Рубисексуалами.
— Что? – переспросил Уитли.
— Янг, о чем ты говоришь?! – воскликнула Руби.
— Ой, а я что, сказала это вслух? – уточнила она.
Судя по тому, что цвет лица Руби сравнялся с ее плащом, именно так всё и было.
— Эм… Ну, я имела в виду… Ой, смотрите, еда!
Дворецкие и горничные вошли в зал, притащив с собой многочисленные подносы, тележки и целые башни из тарелок. Каждый стол обслуживался в порядке его важности, так что начали они, конечно же, с того, где сидели профессор Арк, мисс Гудвитч и мистер Шни. Отведенный им самим и вовсе оказался последним, что, впрочем, не волновало никого, кроме какой-то раздражительной девчонки. Но та вообще обижалась на всё подряд, а конкретно на Янг весь вечер смотрела крайне сердито – то ли хотела заполучить себе Уитли, то ли ее интересовали его деньги.
Янг бы даже не стала ей в этом мешать, если бы у нее имелся хоть какой-то выбор.
Когда еда все-таки добралась до их стола, она недоуменно уставилась на крохотный бисквит, ложечку утиного паштета и кусочек цукини. Всё содержимое тарелки оказалось ей в буквальном смысле на один укус.
Руби тоже выглядела растерянной.
Уитли проявил совсем не свойственную ему наблюдательность и поспешил прийти ей на помощь:
— Это всего лишь первое блюдо, – пояснил он. – Одно из многих небольших блюд, которые позволят насладиться вкусом разнообразной и, само собой, качественной пищи.
— А когда будет нормальная еда? – невинным тоном поинтересовалась Руби.
Янг рассмеялась.
— Ну, тут всё – еда, но шестым номером идет, например, рыба.
— Шестым?.. – переспросила Руби, в то время как ее желудок тихо заурчал. – А до нее что?
— Ну, вторым будет гороховый суп с кое-какой закуской, а третьим – охлажденная дыня в бульоне с базиликом и-…
— Целых два супа?
— Первый подается в небольших бокалах.
Руби недоуменно посмотрела на Уитли.
— Зачем?
— Эм?..
— Зачем вообще наливать суп в бокалы?
— Это… Просто так исторически сложилось! – ответил Уитли, прибегнув к неоспоримому аргументу. – Четвертым номером идет закуска-…
— Три предыдущих тоже были, можно сказать, закусками…
— А пятый – это салат.
— Кто у вас вообще составляет меню? Какой-нибудь Гримм?
— Шестой, как я уже говорил, является рыбой, – невозмутимо продолжил Уитли.
— Хотя бы тут Блейк будет счастлива, – пробормотала Янг.
— А седьмой – это основное блюдо.
— Наконец-то, – вздохнула Руби.
— Восьмой будет разгрузочным, а девятый – второе основное блюдо.
— Что? Но зачем?!
— Потому что первого окажется недостаточно для того, чтобы насытиться.
— А как насчет… ну, сделать его нормального размера?
— Тогда мы не сможем доесть второе основное блюдо, – заметил Уитли.
— Д-да, но оно нам и не понадобится.
— И чем же его заменить?
Руби схватилась руками за голову.
— Ничем! Хватит и одного основного блюда! Неужели это так сложно понять?!
— Десятым номером идет сладкое, – решил все-таки закончить перечисление Уитли. – А одиннадцатый – это десерт.
Руби замерла.
— Подожди… – сказала она. – Сладкое и десерт?
— Конечно.
— Н-ну, может быть, всё не так уж и плохо…
Янг закатила глаза, уже успев покончить со своей крохотной порцией. О ней можно было сказать только то, что вкус оказался как у цукини. Ну, вероятно, еще тот факт, что повара, которых, скорее всего, была целая куча, уделили этому маленькому кусочку куда больше внимания, чем любой другой еде в жизни Янг.
— Ты говорил, что можешь устроить нам встречу с Вайсс.
— Хм… Могу, конечно, но не сейчас, а после ужина. Пусть гости сначала немного отвлекутся.
— Разве нам запрещено с ней общаться? – спросила Руби.
— Никаких конкретных распоряжений на этот счет нет. Но отец намекнул всем заинтересованным лицам, что предпочел бы несколько ограничить круг ее знакомых, – как-то чересчур довольно улыбнулся Уитли. – Но разумеется, я вовсе не собираюсь лишать вас шанса встретиться с ней. Уверен, что моя сестра будет в восторге.
