Вскоре трое взрослых Охотников все-таки ушли, продолжая переругиваться на ходу и оставляя студентов Бикона в неловкой тишине. На Янг и Руби скрестились сочувствующие взгляды, а Вайсс присела рядом с ними, осторожно положив ладони им на плечи.
— Мне бы хотелось извиниться за то, что называла вас двоих странными и ненормальными. Учитывая все обстоятельства, вы выросли гораздо более адекватными и разумными людьми, чем кто-либо мог ожидать.
***
Жон посмотрел в окошко двери на то, как Рейвен с Тайянгом уселись ровно в трех метрах друг от друга, оттащив туда свои стулья. Впрочем, даже это не остановило бесконечный поток ругательств. Их ничуть не смущал тот факт, что присутствие обоих в одном помещении совершенно не требовалось. Тайянга на встречу с Рейвен никто не приглашал.
Чем-то подобная картина напоминала гонку двух машин, когда водители ни за что не желали уступать друг другу, и всё это неизбежно должно было закончиться автокатастрофой. Но даже на последнем дыхании они оба наверняка заявят именно о своей победе.
— Что это за хрень, Кроу?
— Короткое знакомство с тем кошмаром, с которым мне и Саммер долгие годы приходилось мириться.
— Они что, всегда были такими?
— Даже хуже. Сперва Тайянг представлял из себя стереотипного влюбленного идиота. Лишь постоянные отказы Рейвен заставили его начать огрызаться в ответ, что она восприняла как признак силы. Впрочем, у Рейвен всегда было довольно странное представление об этой самой “силе”, иначе бы она не считала за таковую нападение группы подготовленных бандитов на мирные поселения, которые просто не способны дать отпор. Но стоит попробовать объяснить ей данный факт, как начинается: “Сильные правят, слабые вымирают”. Я уже давным-давно бросил попытки пробиться сквозь ее толстый череп.
— Тяжело тебе пришлось.
— Угу. А теперь добавь сюда Саммер, влюбленную в Тайянга с первого дня их знакомства, ее соперничество с Рейвен и меня – самого несчастного человека на всём Ремнанте, поскольку я оказался прямо между ними. Это не “тяжело”, Жон. Я прошел через ад.
К счастью, настолько ненормальных команд в Биконе сейчас не имелось. RWBY, если сравнивать их со STRQ, являлись хорошими и милыми девочками даже в тот момент, когда проникали в его комнату и копались в ящике с нижним бельем… Ну, может быть, яблочки от яблони упали не слишком далеко, но всё же.
— Просто я ожидал… больше ненависти, что ли? – пробормотал Жон.
— О, они друг друга искренне ненавидят, – пожал плечами Кроу. – И всегда ненавидели. Мне иногда кажется, что Тай с Рей поженились только потому, что ни один из них не хотел показаться слабым.
— Односторонняя ненависть? Хотя нет…
Жон бросил взгляд в окошко.
Тайянг и Рейвен уже вскочили на ноги и встали друг напротив друга, но вряд ли кто-либо сумел бы сказать, собирались ли они сейчас подраться или заняться сексом прямо на рабочем столе Жона.
— Точно нет.
— Ага, ты правильно понял, – кивнул Кроу. – Тай для Рей всегда был проблемой – даже несмотря на их брак и общего ребенка. Думаю, в племени все знают, откуда берутся дети, но в присутствии Тая Рей просто не способна думать нормально.
— Она начинает вести себя как подросток?
— Угу. А если говорить на ее языке, то Тай делает Рей слабой.
“Просто замечательно”.
Итак, тогда в Атласе Рейвен потребовала держать Тайянга подальше от нее вовсе не из-за неудачной семейной жизни и жуткого чувства вины за брошенную Янг, а потому что они оба имели склонность при встрече моментально превращаться во флиртующих подростков. Хотя нет, это было не совсем правильным сравнением. Подростки контролировали себя гораздо лучше, а Тайянг с Рейвен становились полными идиотами!
— Смотри, – вывел его из раздумий голос Кроу. – Сейчас набросятся друг на друга.
— Кто на кого? – спросил Жон, оглянувшись на окошко.
— А разве есть хоть какая-то разница? – поинтересовался Кроу.
Жон резко распахнул дверь и влетел в свой кабинет в тот самый момент, как Рейвен прижала к стене Тайянга, уперев колено между его ног. И у того, и у другой лица были красными, да и головы оказались повернуты под весьма характерным углом.
Скорее всего, Боги были пьяны, когда создавали людей. Иного объяснения тому, что нос настолько сильно мешал целоваться, попросту не существовало.
— Нет! – взревел Жон. – Нет! Фу! Плохие взрослые!
Рейвен с Тайянгом удивленно посмотрели на него. Второй тут же оттолкнул от себя первую.
— Как будто я мог пожелать заниматься чем-то подобным с такой женщиной, как она.
— А то ты не занимался, ублюдок, – ответила ему Рейвен. – Много раз занимался.
— По крайней мере, я хоть что-то делал, а не изображал из себя дохлую рыбу.
— Насколько я помню, именно изображением дохлой рыбы ты и занимался. К слову, твоя рыбешка так ни разу и не проснулась.
Тайянг ухмыльнулся.
— Само существование Янг говорит о том, что ты врешь.
— Так, Янг сюда не вмешивайте! – воскликнул Жон, считая своим долгом защитить студентку. Вряд ли бедняжка обрадуется, если узнает, что стала частью шутки “про мамку”, да еще и в исполнении собственного отца.
