– А вы тогда печку немного в сторону сдвиньте, – предложил на это Антон, сразу же догадавшись в чем там было дело. Ведь те огромные и невидимые для всех «протуберанцы», хотя и довольно часто вырывались из-под земли, но все же и не возникали всегда на одном и том же месте.
– Да? А почему так? – Горский с интересом поглядел на Антона. – Но хорошо, попробуем. Но все это потом. А сейчас-то, что мне с этой Вавилонской башней делать? Подписывать документы или действительно, убедить пока подождать?
– Подписывайте, – уверенно проговорил Антон.
Он все еще с интересом продолжал разглядывать этот проект, который ему все больше и больше нравился. Да и Катерина во все глаза смотрела на эту, ну просто циклопических размеров пирамидальную башню.
– Ну тогда вот здесь ваша подпись нужна, – Горский отчего-то перешел на «вы», – и вот здесь тоже. И договор, естественно, как всегда на предоставление временных прав на использование патента. Да, вот здесь подпись.
– А оплата какая? – просто так, из чистого любопытства поинтересовался Антон.
Ведь на самом деле финансовая часть вопроса его почти и не интересовала, поскольку в последние дни он получил уже так много сообщений из банка, что даже перестал обращать на них внимание. Но по приблизительным подсчетам, которые Катерина сделала для него, просто так, из чистого любопытства, сумма уже перевалила за миллиард.
– Да как всегда, – ответил Горский, – десять процентов от оборота. И конечно, авансом. Они, правда, – тут он как-то неловко заерзал на месте, – и другой вариант предлагали. Что-то на счет квартиры в этом, с позволения сказать, доме. Но я сказал, – он посмотрел на Катю, – что квартира уже есть у тебя.
– Да есть, конечно, – согласился с ним Антон, – хотя… – он в задумчивости посмотрел сначала по сторонам, а затем и на саму девушку, – может нам и вправду себе новую квартирку приобрести, как ты считаешь?
Катерина на это ничего не сказала. Но по ее взгляду, который в тот момент едва заметно переменился, Антон понял, что идея ей очень понравилась. Он посмотрел на Горского. Но тому и не надо было ничего объяснять, потому что он был человек весьма опытный и проницательный. Отчего тут же встал с пола и набрал номер на мобильном телефоне.
Несколько минут он ждал, пока к трубке подойдет нужный ему человек, после чего, и уже уверенно проговорил:
– Да, да, это я вам звоню. Тут со вторым бенефициаром небольшая заминка вышла. Нет, на проект он согласен, но, видите ли, отчего-то предпочел первоначальный вариант оплаты. Да, квартира. А где? – он приложил руку к трубке и спросил у Антона, где бы тот хотел приобрести себе жилье.
А Антон и не нашел ничего другого, кроме как указать на самый верх дома, где значилась всего одна квартира, не очень большая по площади, но зато просто гигантская по высоте. Аркадий Николаевич передал просьбу своему собеседнику, на что тот, по всей видимости, ответил категоричным отказом. Однако Горский совсем не зря был ректором Университета, да к тому же еще и просто опытным управленцем. Поскольку не сдался сразу, а стал убеждать своего собеседника, что так для него будет даже выгоднее. Когда же он сообщил, что в этой квартире будет проживать человек, который это вот самое «легкое стекло» еще и открыл, то услышал в трубке сначала долгое молчание, а затем и утвердительный ответ. После чего с облегчением вздохнул и отключился.
– Ну вот, Тошка, – обратился он к Антону по-свойски, – вот твоя новая квартира, – он указал на проект. – И как это я хотел тебе предложить тогда еще, помнишь, простую квартиру от нашего Университета, – он засмеялся.
Но в этом смехе не было ни сарказма, ни притворства, отчего и сам Антон, просто совершенно счастливый теперь, засмеялся также. Катя же, не обращая уже внимания на присутствие в комнате Аркадия Николаевича, прижалась к своему любимому всем телом.
Однако, все это было уже вчера и поэтому утратило отчасти силу первого впечатления. Сейчас же Антон прощался с Люн, отчего и с невероятной остротой почувствовал, причем буквально всей кожей, как сильно был к ней привязан. Он, конечно, однажды фактически уже терял ее, когда она приняла его за сумасшедшего, однако от этого было нисколько не легче. Единственное, быть может, что немного смягчало сейчас ситуацию, так это наличие того полупрозрачного цветка, который висел у него на шее. «По-крайней мере всегда смогу с ней разговаривать», – попытался он себя успокоить, чтобы совсем уж не расклеиться. Да и некоторые детали самого поручения, которое Люн дала ему, тоже нужно было еще уточнить. Поэтому он постарался по возможности отбросить все эмоции и сосредоточиться на деле. Отчего и задал ей еще несколько необходимых и довольно существенных вопросов. Девочка же охотно ему отвечала, пока наконец они не прояснили все детали, после чего Люн произнесла:
