– Да-а, – протянул Антон задумчиво, – кольцо с Сатурна, единственной планеты Солнечной системы, у которой есть кольца. Это действительно очень хороший подарок, Люн, и я благодарен тебе… за Катю. Хотя и не вполне понимаю, чего ты так к ней привязалась. Но, – теперь ты улетаешь?
– Улетаю, – ответила девочка, потом сделала два шага вперед и поцеловала Антона в щеку. – Я видела, как вы с Катей так делали, – пояснила она тут же, грустно улыбнувшись.
После чего как-то по-детски подпрыгнула, развернулась и сделала шаг с лоджии прямо в воздух. А там ее вновь, как и в прошлый раз подхватило все то же крылатое чудище, и в мгновение ока унесло наверх, в облака. И на этот раз Люн уже ничего не крикнула на прощанье. Да и Антон тоже как-то спокойно проводил ее взглядом и пошел обратно на кухню. Он, на самом деле, был сейчас очень рад, что они простились так легко и безболезненно.
Прошло две недели. Их вынужденное с Катей заточение в их же собственной квартире подошло тем временем к концу, отчего они снова смогли вернуться в свой родной Университет. Там их конечно же ждали: с огромными букетами цветов и поздравлениями. Однако, торжественная встреча не продлилась слишком долго и по настоятельной просьбе самого Горского, буквально через полчаса все сотрудники разошлись по своим рабочим местам. Антон же с Катериной направились в кабинет ректора. Там Горский предложил им сначала сесть и даже поинтересовался не хотят ли они чаю, после чего преступил к довольно важному, с его точки зрения, разговору.
– Я, конечно, понимаю, – начал он с места в карьер, – что вы можете все так же продолжать работать у нас простыми лаборантами. Однако я, с учетом сложившихся обстоятельств, просто не могу да и не имею, наверное, права использовать вас на такой малоквалифицированной работе. Вы, с одной стороны, можете, безусловно, вот прямо сейчас просто бросить все и уволиться. И потом всю оставшуюся жизнь вообще нигде не работать. Однако, мне отчего-то кажется, что такой вариант вас не вполне бы устроил.
– Да, пожалуй, – неуверенно проговорил Антон, взглянув при этом на Катю, – но, а что же делать?
– У меня к вам предложение, – Горский встал и начал прохаживаться по кабинету. – Видите ли в чем дело: меня сейчас, ну просто-таки со всех сторон буквально разрывают на части в связи с этим вашим «легким стеклом», что вы там у себя на-выплавляли. И это даже не новые контракты по поводу его использования, от которых у меня, признаться, уже голова идет кругом, а именно приглашения. И именно вас, – он указал на Антона, а потом и на Катю, – на разного рода конференции, семинары и прочее. Так вот, я и подумал, а не могли бы вы, ну-у, как бы послужить делу пропаганды современной отечественной науки? Да, да, – он глянул на молодых людей, – и именно так. Хотя, если уж говорить откровенно, эта идея пришла и не мне в голову, – он потыкал пальцем куда-то вверх. – Но все равно, что скажете?
– Да мы даже, – Антон снова посмотрел на Катю, – и не знаем.
– Да там и знать нечего, – оживился Горский, чувствуя, что дело, похоже, может выгореть. – Вам нужно будет только ездить по разным странам и с умными лицами участвовать в разного рода мероприятиях. Ну, иногда, в крайнем случае, небольшой доклад сделать. И это все. Причем все расходы, естественно, за государственный счет. И вы даже сможете выбирать куда вам ехать. Поскольку приглашений много и на все мероприятия вы просто физически не успеете.
Антон посмотрел на Горского. У него на один миг возникло даже подозрение, а не Люн ли все это так удачно подстроила, чтобы он мог вообще безо всяких хлопот ездить по разным странам, встречаться с разными людьми, в том числе и с теми, о ком она просила. А возможно, даже и отыскать остальных, которых она не нашла. «Хотя нет, – отмахнулся он от этой мысли, – как бы она сумела?» Ведь она практически была не в состоянии никак влиять на обычный мир, и опять-таки в силу, как она выразилась, своей природы. И все же, это предложение ректора как нельзя лучше подходило для осуществления ее просьбы. А значит он просто не мог, а с учетом данного ей обещания, и не имел права от него отказываться. Он, конечно, еще некоторое время подумал молча и даже демонстративно потер рукой подбородок, делая вид, что все еще сомневается. А затем и утвердительно кивнул головой.
