«
Мое восприятие расширилось, охватывая пространство целиком — словно я парил над полем битвы и видел мельчайшие детали внизу.
Вот! В укромной нише среди нагромождения скал лежало тело Скифа. Люций хорошо постарался, пряча его: добраться туда обычным путем было бы непросто, но я умел летать!
Миг — и я уже стоял рядом с безжизненной оболочкой. Без управляющего им Люция Скиф казался до странности хрупким, почти уязвимым: свернувшись в клубок, как загнанный зверек, он выглядел непривычно юным. Черты лица разгладились, брови, обычно сведенные у переносицы, теперь расслабились. В этой беззащитной позе он совсем не походил на «великого чемпиона».
Наверное, поэтому я бережно подхватил тело и активировал
Она пустовала: все демониаки были наверху. Открыв дверь в одну из комнат, я оставил тело Скифа там и запер снаружи. Вряд ли удержит, если тот очнется, но у него нет телепортации, судя по тому, что я знал, а потому он нескоро подоспеет на помощь Лариону.
Потом я пошел туда, где впервые встретил Угар-Намтара. В центре просторного зала, тускло освещаемого зеленым пламенем факелов, возвышался массивный трон босса, источающий волны темной энергии.
Тот самый трон, что давал особые бонусы лидеру фракции…
Внезапная догадка заставила сердце забиться чаще, когда я приблизился к трону. Ничего не произошло, и тогда я дотронулся до него.
Передо мной зажглись руны с описанием:
— Надеюсь, что оно и вправду необратимо! — прорычал я, обрушив на трон сокрушительную серию ударов.
Трон продержался секунд пять, после чего разлетелся вдребезги, осыпав пол осколками черного камня.
Воскрешение! В груди вспыхнула яростная надежда — появился шанс все исправить, вернуть тех, кого я потерял.
Картина боя, открывшаяся мне, разительно изменилась. Да, наших все еще теснили, хоть я и вырезал сотни три демониаков. Но за то короткое время, что я отсутствовал, Дестини-Морена и Шиндлер-Жнец подняли почти всех убитых в виде нежити — вокруг последних выживших демонов и призванных из Чистилища выросла живая стена из поднятых мертвецов.
Бывшие грозные демониаки, теперь обратившиеся в зомби, прикрывали своими телами живых. Их движения были неуклюжими, но числом они компенсировали недостаток мастерства.
Клинки призванных рассекали гниющую плоть восставших, магия сжигала, замораживала и плавила. Демониаки раздирали своих бывших товарищей на части, превращая поле боя в месиво из внутренностей и гнилой крови. Оторванные конечности взлетали в воздух, разбрызгивая сукровицу, а обезглавленные тела продолжали бездумно брести вперед, пока новый удар не разрубал их пополам. Смрад искаженного разложения смешивался с металлическим запахом свежей крови, но я видел за этой бойней неукротимую волю Морены и Жнеца, направлявших каждого поднятого мертвеца. Даже изуродованные, даже разорванные на куски, зомби выполняли свою задачу — защищали живых!
