Он выскальзывает из «Бентли» и поправляет черный пиджак от «Армани». Черта с два вы увидите его в чем-то попроще. От него во всех смыслах веет властностью главы мафии.
– Босс, – киваю я в знак приветствия.
– А, Келлер, готов натянуть маску и разнести там все на хер, брат? – В его глазах появляется злобный блеск.
Мы встречаемся с Карло и его бандой, с его организацией у нас договор на поставку порошка. Днем Карло – повар-итальянец невысокого роста, а ночью он распространяет наркотики. Маскировкой ему служат пышные усы в стиле Марио. Недавно прошел слух, что теперь Карло снабжает еще и Фальконе, у которых, в свою очередь, кто-то умудрился украсть целую партию товара, что разозлило и Карло, и нас. Карло знает, что мы ему нужны. Он не может позволить испортить отношения с несомненно крупнейшим кланом Нью-Йорка. Фальконе не станут и не смогут ничего на нас повесить, как бы они ни старались.
Сегодня мы покажем ему, что с Руссо шутки плохи. Я достаю из багажника Луки свой полуавтоматический пистолет. Воздух будто застывает, нас окружает темнота. Как и когда выхожу на ринг, я удивительно спокоен, несмотря на несущийся по венам адреналин. Также в голове вдруг начинает звучать раздраженный голос, который кричит на меня, насмехается.
Я качаю головой. Нельзя, чтобы наши с ней невыясненные отношения меня отвлекали. «
Направляясь к складу, я следую за братом, он пинком открывает железную дверь, висящую лишь на верхней петле, и мы входим. В центре помещения сразу замечаю Карло и двух его подручных. Они оба огромные, примерно одного роста со мной. Им, вероятно, под тридцать, у них бритые головы. И, без сомнения, у них одна клетка мозга на двоих.
Пока мы приближаемся к ним, я медленно навожу пистолет прямо на голову Карло. Он мгновенно вскидывает руки в знак капитуляции. В его налитых кровью глазах плещется страх.
Общеизвестный факт – если Лука приводит с собой помощника в маске, кто-то вот-вот умрет. Они и не подозревают, что Лука такой же ненормальный, как и я. Просто еще не имели удовольствия с ним познакомиться.
– Лука, Лука, прошу. Я могу объяснить. Мы серьезно облажались, но это больше не повторится. Даю тебе слово, – умоляет Карло.
Лука подходит к Карло и, злобно усмехаясь, пригвождает его убийственным взглядом.
– Облажались, Карло? То есть отдать товар конкурирующему клану, только чтобы его у них украли, это облажаться? – ревет он. – Ты стоил мне чертовой уймы денег, Карло, и дал Марко и Фальконе повод полагать, что они захватывают власть. Ты понимаешь, что это значит?
– Нет-нет, Лука, пожалуйста. Я все исправлю. Следующую партию ты оставишь себе бесплатно. Пожалуйста, только отпусти меня. У меня дети, семья. Я не могу умереть сегодня! – Его голос дрожит, и сам он трясется. Его бестолковые гребаные подручные тупо пялятся на нас. Они знают, что если пошевелятся, я выстрелю им в упор промеж глаз без малейшего сожаления.
Но слова Карло меня пробирают. У него дети и семья. Так какого хрена он ввязывается в поставки наркотиков для мафии? Как он может быть настолько отчаянным, чтобы рисковать всем? Гребаный эгоистичный ублюдок.
Лука хватает его за горло, а Карло издает крик, который снова привлекает мое внимание. Брат поднимает его в воздух так, словно он ничего не весит.
– Следующие две партии – бесплатно. Если я услышу хоть слово о том, что ты общаешься с Фальконе, этот человек, – он указывает на меня, – найдет тебя, твою жену и твоих детей и заставит тебя смотреть, как он перережет им глотки одному за другим. Ты меня понял? – кричит он, и в лицо Карло попадает слюна.
Пристрелил бы я Карло? Да, без колебаний. Убил бы я его семью и заставил бы смотреть? Наверное, нет. Это немного радикально даже для меня. Но, наблюдая за тем, как моча просачивается сквозь брюки Карло, пока Лука держит его за горло, я понимаю, что угроза возымела желаемый эффект.
Лука ослабляет хватку и позволяет Карло рухнуть на каменный пол с глухим стуком. Не поднимая головы, чтобы посмотреть на Луку, он просто отвечает:
– Хорошо, хорошо.
Явно удовлетворенный ответом, Лука кивает двум бестолковым прихлебалам Карло, и, проходя мимо, мне. Я пячусь к выходу, не сводя прицела с головы Карло.
Затем распахивает дверцу своей машины и уже собирается забраться внутрь, как я его останавливаю:
– Господи, перережу глотки жене и детям, Лука? – усмехаюсь я. У этого человека определенно есть склонность к безумию.
– Что, не в твоем вкусе? – спрашивает он, приподнимая бровь, и разражается хохотом. – Чертовы ссыкуны. Видел, как намокли его джинсы от мочи? В смысле, охренеть. Этот человек занимается поставками порошка на многомиллионные суммы.
– Ладно, я ухожу, на сегодня достаточно веселья. – Я киваю ему и уже готов захлопнуть дверь.
