– Как интересно, – невозмутимо произнес Кориен. – А ведь я всего лишь велел ему остановить тебя. Это он сам, руководствуясь собственной волей, предпочел ударить тебя. – Ангел развернулся к ней, глядя в глаза, и она через их мысленную связь ощутила укол искренней грусти. – Может, твой отец злится на тебя за что-то? Я думал, что вы с ним оставили все обиды в прошлом.
Риэль бросила не него гневный взгляд.
– Немедленно освободи его, или я уничтожу тебя.
– Только попробуй, и они все умрут, прежде чем погибну я.
Она покачала головой, глаза ее наполнились слезами.
– Я думала, что ты…
– Что я люблю тебя? – Выражение лица Кориена смягчилось. – Малышка, не могу выразить, как сильна моя любовь к тебе. Я делаю все это только ради тебя. Если ты не оставишь их, они будут подавлять, унижать и наказывать тебя за то, что ты осмелилась разрушить стены, которые они выстроили вокруг тебя.
Он медленно подошел к ней.
– Они будут напоминать тебе о прошлом – о нежных чувствах, дорогих сердцу моментах, – чтобы использовать в своих целях всю ту силу, которая заключается в твоем чудесном теле. И они не остановятся ни перед чем и даже не подумают поберечь тебя, потому что будут испытывать слишком сильный ужас перед твоей непостижимой мощью. Если тебя охватят сомнения в их правоте, они будут твердить о том, как сильно они тебя, якобы, любят, пока ты не смиришься и не сделаешь то, что хотят они.
Он стоял к ней так близко, что она могла чувствовать свежий запах его прохладной кожи, пряный аромат его одеяний. Он взял ее за подбородок затянутой в перчатку рукой. Но и от этого простого прикосновения ее тело захлестнула жаркая волна. Казалось, что вся скрытая в ней сила вскипела, полностью пробудившись и заставляя ее тянуться к нему.
Она стояла, совершенно беспомощная, не в силах отстраниться.
– Именно так и будет, – Кориен опустил голову и прошептал ей на ухо: – Даже он не исключение.
– Ты не прав. – Она отчаянно надеялась, что не ошибается сама. – Он меня любит и всегда будет любить.
Она почувствовала исходящую от Кориена снисходительную жалость.
– Кто это тебе сказал?
При этих его словах перед ее внутренним взором внезапно возник отчетливый образ: Одрик, сидящий на спине Астерии, вскрикивает от боли. Шаваль резко приземляется на поросшем травой горном лугу, и принц, больно ударившись, падает на землю. Он роняет Иллюминор и обхватывает голову руками. Его глаза меняют цвет – от серого, цвета грозового неба, до его обычного карего, и снова затягиваются серым туманом.
Видение исчезло, и хотя Риэль не знала, реальное оно или внушенное Кориеном, для нее этого было достаточно. В ее сердце вскипел дикий гнев.
– Не смей трогать его, – прорычала она.
Кориен отступил от нее на шаг.
– Риэль, подожди…
Она повернулась к нему, выбросила вперед руку и закричала:
– Убирайся прочь от меня! – И, позволив своей силе вырваться, направила всю ее мощь на ангела.
На сей раз это были не стихии ветра, земли или теней, наполнявших пещеру. Эта сила сочетала в себе мощь всех стихий, но не являлась ими, превосходя их все вместе взятые.
Это был эмпириум во всей его первозданной чистоте и мощи, неодолимый и ослепительный.
Под ногами Риэль невидимая ткань бытия распалась, взорвалась короткой волной света, стены пещеры гулко дрогнули.
И этого оказалось достаточно.
Когда Риэль опомнилась от шока, она лежала на камнях, голова кружилась.
Она посмотрела на ладони: они были покрыты кровью.
Ее кровью?
Она моргнула.
Да. Резкая боль, пронзающая тело, то накатывала, как волна, то уходила.
Но где Кориен?
Она огляделась вокруг, все еще ошеломленная, и услышала неподалеку ужасный, надрывающий душу вой – ангел уползал от нее в лоскутах сгоревшей дотла одежды, а его
Поток ее силы сжег его.
Он был искалечен до неузнаваемости, превратившись в кровоточащий красный кусок мяса, его обгоревшая кожа отвратительно поблескивала. Он выл от нестерпимой боли и полз к выходу из пещеры, ведущему к холмам.
– Не смотри на меня! – завопил он срывающимся голосом. – Ты не должна меня таким видеть!
Его лицо невозможно было узнать, настолько оно было изуродовано. Но его агония, стыд – и его гнев – звенели у нее в голове, заставив крепко зажмуриться.
Когда она снова открыла глаза, в пещере его уже не было.
А затем из угла пещеры она услышала приглушенный крик – ее отец пришел в себя и теперь пытался что-то сказать, тяжело дыша. Чуть поодаль она увидела короля Бастьена и лорда Дервина, не проявлявших признаков жизни. Они не сгорели, как Кориен, а словно застыли. Свет покинул их остекленевшие глаза, лица были искажены гримасами ужаса.
Риэль попыталась было подняться, но снова упала на колени.
– Папа?
Она подползла к нему, повернула к себе его лицо.
Он судорожно глотнул воздух, взгляд его по-прежнему был затуманен.
– Я здесь, с тобой. – Она прикоснулась к его холодному лицу. Почему от него веяло таким холодом? – Все в порядке. Он ушел, а я здесь. Нам только надо… О, боже…. – Она повернулась к выходу из пещеры и изо всех сил закричала: – Лекаря сюда, скорее! Пожалуйста, кто-нибудь, помогите нам! Гарвер!
– Я… вспомнил…
