– Иди ко мне, – произнесла она, притягивая его к себе. Прижавшись к нему, она забывала обо всем другом – о погибшей матери, бушующей в мире войне, ангелах с черными как ночь глазами, о вызванной ею буре, отголоски которой еще покалывали ей кожу. Его рука скользнула вверх по ее руке, и она закрыла глаза, чувствуя, как желание с горькой примесью печали пронзает ее позвоночник.
– Пожалуйста, Саймон. – Она судорожно втянула в себя воздух и медленно выдохнула. Глаза у нее пощипывало от едва сдерживаемых слез. – Если тебе не будет слишком больно…
– Наплевать на это. – Он нежно запустил пальцы в ее волосы, и от этой ласки она вся затрепетала. – Мне все безразлично, кроме тебя.
Она прижалась к нему, вцепившись в его рубашку. Его близость заставляла ее чувствовать себя живой, настоящей, она ощущала жар его тела под своими ладонями, холод пола под босыми ногами.
– Есть здесь поблизости какая-нибудь другая свободная комната?
Он коснулся ее щек большими пальцами с благоговением и невыразимой нежностью.
– Моя спальня тут совсем недалеко, в конце коридора…
– Ага, вот вы где!
Элиана отпрянула от Саймона – под сводами потолка внезапно возникла Захра.
Саймон прошипел проклятие, бросая на нее свирепый взгляд.
– Эй, призрак, тебя никто не учил, что входить в комнату и выходить из нее надо через двери, как все нормальные люди?
– А какое это имеет значение, если ты все равно не можешь меня увидеть, даже если я и буду это делать? – Захра проплыла в воздухе и приземлилась рядом с Элианой. – В любом случае появляться из ниоткуда гораздо веселее.
Саймон в бешенстве отскочил от Элианы, запустив руку в волосы.
Элиана не без усилий оторвала от него взгляд, щеки ее, залитые румянцем, горели.
– Захра, я так рада тебя видеть.
Захра подняла бровь, скривив расплывающийся чернильным пятном рот.
– Правда, моя королева?
– Конечно, правда. – Она провела пальцами по прозрачному запястью призрака. – Я так благодарна тебе за твою помощь.
– Знаю, – ответила Захра, вся расцветая. – Я принесла вам послание от принца Малика. Он собирается скоро пожаловать сюда с двумя королями – правителями Аставара, чтобы выразить бесконечную признательность за все, что вы сделали, и начать обсуждать… дальнейшие действия.
Захра бросила взгляд на Саймона.
– Что ты имеешь в виду? – Элиана вслед за призраком посмотрела на Саймона, который стоял в тени, вглядываясь в пламя очага. – Какие такие дальнейшие действия?
Реми вдруг сел на лежанке, натягивая на плечи одеяло. Щеки его порозовели от сна.
– Мы будем с ним сражаться, – сказал мальчик. – Мы будем сражаться с Императором. – Он посмотрел на Саймона. – Правильно?
Саймон чуть скривил губы.
– Полагаю, так и будет.
Элиана смотрела на улыбающегося Реми с болью в сердце. В этот момент он был так похож на Розен. Тот же заостренный изящный носик, те же яркие глаза. Ей придется рассказать ему всю правду, причем очень скоро.
Она потеряет своего брата в тот же момент, как ее губы произнесут эти слова.
Реми увидел ее страх до того, как она успела его спрятать. Он тут же вылез из-под одеял и устроился на кровати рядом с ней.
– Все хорошо, Эл, – проговорил он, беря ее за руку. – Что бы ни произошло, что бы ты ни сказала мне, ты всегда будешь моей любимой сестрой.
Элиана бросила раздраженный взгляд на Саймона.
– Что ты ему рассказал?
– Это Нави рассказала мне, кто ты на самом деле, – произнес Реми, выпячивая подбородок. – Она сказала, что я уже достаточно взрослый, чтобы принять эту истину, и я с этим справился.
Элиана провела рукой по его темным вихрам.
– Реми, рассказывать можно что угодно… Может, это все выдумки, не соответствующие действительности.
– Давай поразмыслим, – серьезно изрек он. – Твое тело обладает удивительной способностью исцелять себя, и мы никогда не находили этому объяснения. Видимо, это было потому, что в тебе спала невиданная сила, но она проявляла себя, восстанавливая твое тело, когда это было необходимо. Таким образом, все становится понятным.
Саймон усмехнулся.
– Интересный подход к объяснению чудесных явлений.
Реми с торжествующим видом посмотрел на Элиану.
– Я знал, что ты особенная, Эл. Всегда это подозревал.
– Боже, Реми. – Она озадаченно потерла щеку. – Пожалуйста, перестань…
– Пусть говорит, если хочет, – произнес Саймон. – Тем более что он прав.
– Но если он прав, то кто же я для вас, в конце концов? – Она всплеснула руками. – Та, кто поведет вас всех в бой? Или странный выродок, которого следует бояться?
– Спасительница, – ответил Саймон. – Символ борьбы. Наша королева.
– Но я понятия не имею, что с этим делать! – В голосе ее прорезалось отчаяние. Она
Одно дело – сражаться ради спасения друзей и соратников. Но сражаться ради спасения мира? Она вовсе не была уверена, что хочет принять на себя такую тяжелую ношу.
