Они повернулись и медленно пошли к дому. У Тэры осталось ощущение, что разговор об Алессандре был пунктом в повестке дня. Обсужден.
Снят. Забыт.
Она прижималась щекой к плечу мужа, думая о своем браке и огромной любви к Солу и Алессандре. Надо будет завтра утром позвонить дочери и попытаться устранить натянутость, возникшую из-за ее собственного дурацкого стремления поволноваться.
— Ну, — сказал Сол, рука которого скользнула к ее груди, — не позволено ли мне будет пригласить жену в ресторан пообедать? Столик уже заказан. А по возвращении мы насладимся медленным долгим десертом… Идет?
Рафаэль и Алессандра выехали верхом в обширные зеленые луга, растянувшиеся на многие мили позади виноградников.
У них вошло в привычку рано утром брать лошадей на легкую прогулку. Рафаэль под руководством Алессандры учил Титуса подчиняться разным командам.
— Он идет гораздо лучше, — отметила Алессандра, наблюдая, как ритмично покачивается голова Титуса, а длинные изящные пальцы Рафаэля мягко управляют поводом.
— А я? — важно спросил Рафаэль. — Я тоже еду значительно лучше?
— О, из вас мы еще сделаем хорошего наездника, — слегка улыбаясь и глядя прямо перед собой, ответила Алессандра. — Когда Эмилио вернется, он пожелтеет от зависти.
— Я думаю, по возвращении ему найдется другое дело, — промолвил Рафаэль. В голосе его звучала ирония, но лицо оставалось бесстрастным.
Алессандра осмотрелась, впитывая в себя прелесть утра. Солнце поднялось, но было еще не жарко; лошади двигались легко, с удовольствием.
Последнюю милю всадники прошли крупным аллюром и теперь, отдав поводья, наслаждались спокойным шагом.
Сегодня утром их прогулка несколько затянулась, потому что Рафаэлю захотелось показать ей систему оросительных каналов вокруг виноградников.
— Когда мой прадед приехал сюда в начале века, он увидел вокруг только сухую, безводную землю, — рассказывал он Алессандре, пока кони медленно шли вперед. — Наверное, лучше всего к местным условиям подошло бы ваше слово «пустошь». Прадеду говорили, что только круглый дурак решится разбить здесь виноградники. Общее мнение склонялось к тому, что эта земля никогда не родит ничего хорошего. Но не таков был прадед, чтобы так просто сдаться. Ему здесь понравилось. Он каждой клеточкой тела чувствовал возможности этих земель…
— Мне кажется, — прервала его Алессандра, — ваш прадед был упорным и целеустремленным человеком. Очевидно, вы похожи на него… Итак, он решил не обращать внимания на советы слабых духом?
— Упорный и целеустремленный… Это комплимент? — поинтересовался Рафаэль.
— О да!
Савентос издал низкий смешок.
— Спасибо, Сандра. Ну что ж, вы правы. Мой прадед остался здесь. Он выяснил, что хотя земля в этих местах очень сухая, но выращенные на ней фрукты имеют замечательный вкус и аромат, нежный и одновременно пикантный. — Он повернулся к ней. — Мне нравится слово «пикантный»… А вам?
— Да. — Алессандра улыбнулась, видя, как Рафаэль старается извлечь из своего английского словарного запаса самые точные и емкие слова для описания важных для него вещей.
— Он также определил, что суточный перепад температур здесь, особенно в начальный период вегетации, весьма благоприятен для растениеводства.
— Каким образом?
— Температура в течение суток меняется понемногу и плавно, а не скачет то вверх, то вниз.
— Неужели стабильность температуры имеет такое значение для виноградарства? — спросила Алессандра.
— Это основа всего. Растения не любят резкой смены холода и тепла. И когда давят виноград, тоже требуется постоянная температура. Вот почему при постройке винодельни прадед устроил эти многочисленные маленькие окошки под потолком. Таким способом он старался поддержать более или менее постоянную температуру в помещении. Конечно, сейчас мы решили бы эту задачу техническими средствами.
— Судя по всему, ваш прадед был большой новатор.
— О да. Кроме того, он был необычным человеком.
Они поднялись на небольшой холм. Внизу раскинулась колышущаяся, переливающаяся водная гладь. Алессандре даже показалось, что она слышит плеск воды о бетон канала.
— Это больше похоже на реку, чем на канал, — удивилась она. — Реку, которая живет собственной жизнью.
— Каналы были очень тщательно спроектированы, чтобы принести в этот район максимум воды, — объяснил Рафаэль. — Проектные работы велись параллельно с развитием планов землепользования. Прадед строил винодельню и сажал виноград. В это время вода пришла на иссушенные земли и подняла их плодородие до необходимого уровня. Практически до современного.
— Замечательная история, — просто сказала Алессандра.
— Я тоже всегда так думал.
Она с восхищением смотрела на блестевшую внизу воду. Потом оглянулась и окинула взглядом виноградники, нашла белые колонны винодельни, сверкавшие в солнечном свете.
— Здесь, на винодельне Савентосов, вы буквально превращаете воду в вино. Как Иисус Христос.
— Да, — согласился Рафаэль и посмотрел на нее глубоким взглядом, словно хотел запечатлеть в памяти ее черты. — Да, — повторил он. — Вы нашли прекрасные слова.
