Этот ответ не произвел на них впечатления. Не важно, большая грудь или маленькая, – глядя на женщину, такие мужчины не хотят думать о том, скольких детей она вскормила. Матильда поспешила исправить свой промах и быстро сбросила накидку. Пусть она не могла похвастаться большой грудью, но теперь у нее были открыты плечи. Сегодня Матильда облачилась в платье, похожее на те, которые раньше любила носить Герлок, а волосы расчесала до блеска, заплела в тоненькие косички и перевязала ярко-красными лентами.
Казалось, мужчинам нравилось то, что они видят, потому что глаза у них сверкали.
– Может, сыграешь с нами партию? – предложил недоверчивый Жерар, и только теперь девушка заметила, что на столе были не только кружки с медовым вином, но и игральные кости из китового уса.
Она понятия не имела, что нужно с ними делать, ведь знала всего одну настольную игру – хнефатафл, в которую иногда играла с Герлок и Спротой, и в ней фигуры были изготовлены из янтаря, стекла и рогов животных. Тем не менее Матильда с притворным воодушевлением кивнула.
– Если вы не боитесь проиграть! – самоуверенно воскликнула она и громко рассмеялась.
Чуть позже Матильда уже сидела рядом с мужчинами, пробовала медовое вино, пыталась понять правила игры – и призывала себя к терпению. Как бы она ни хотела, чтобы все это быстрее закончилось, нужно было дождаться, когда на королевский замок опустится ночь и все лягут спать. К тому же нельзя было торопиться с вопросами, хоть мужчины и успели уже назвать ей свои имена.
И лишь после того, как кружки с медовым вином наполовину опустели, а лица воинов раскраснелись, Матильда, проигравшая две партии и выигравшая столько же, решилась спросить о Людовике.
– Король куда-то уехал? – будто невзначай поинтересовалась она. – Когда я была у Ричарда, я слышала, что он уже давно не навещал мальчика.
– О, этого он не делал уже целую вечность! – заявил Росцелин. – Хотя его величество уже вернулся с охоты, к молодому графу он еще не заходил. Здесь очень скучно, и нам редко кто-нибудь составляет компанию, тем более такая женщина, как ты.
Он бросил на Матильду нескромный взгляд.
– Превосходная женщина! – вторил ему Жерар. Его считали более тщеславным и осторожным, но медовое вино и красота Матильды сделали свое дело. – Говорят, что норманнские женщины очень сильные. Это правда?
Когда он внезапно придвинулся ближе, девушка отстранилась, но все же заставила себя игриво улыбнуться:
– О да, мы сильные. Но прежде всего мы ловкие. Я могла бы доказать вам это в другой игре, потому что эта мне уже немного надоела. Как насчет того, чтобы пометать кости? Думаю, вам не удастся меня победить.
Метание костей было детской забавой, но Жерар и Росцелин с воодушевлением приняли предложение.
– Я бы тоже с удовольствием продемонстрировал тебе ловкость своих рук! – воскликнул Росцелин.
– Да ну? У тебя же лапы, а не руки! – съязвил Жерар. – А вот я всегда бросаю кости прямо в цель, потому что у меня есть необходимое чутье.
Его руки тоже были похожи на лапы, но Матильда лишь улыбнулась еще шире и восторженно попросила:
– Что же, тогда несите кости!
Росцелин услужливо поднялся, но Жерар не сдвинулся с места. Казалось, что его чрезвычайно привлекала возможность остаться с Матильдой наедине. Этого девушка допустить не могла. Она наклонилась к нему:
– К сожалению, кости не могут утолить голод, а играя с вами, я проголодалась. Ты не мог бы принести нам поесть?
Жерар нахмурился.
– Прошу тебя! – с мольбой воскликнула Матильда, не давая ему возможности отказаться. – Иначе мне придется самой выпрашивать в кухне кусочек хлеба.
К ее облегчению, он все-таки поднялся и вслед за Росцелином пошел вниз по лестнице. Наконец-то она осталась одна возле наполовину наполненных кружек!
Девушка долго ждала этого момента, но не решалась перейти к делу. Какими бы навязчивыми ни были слова и взгляды этих мужчин, все же они не переходили границ вежливости – наоборот, они оказались добродушными людьми и не заслуживали того, чтобы им причиняли вред. Если Матильде удастся осуществить свой план, их обоих наверняка казнят. Конечно, приговор зачитает король, а исполнять его будут воины, но именно она посылает этих мужчин на смерть, и, представив себе их невинные лица, девушка почувствовала, что не может так поступить. Но потом Матильда подумала о Ричарде, о Спроте, об Осмонде, об Арвиде и собралась с духом. Слишком много людей рассчитывало на нее и на то, что она преодолеет угрызения совести и сделает зло во имя добра.
Матильда открыла привязанный к поясу кожаный мешочек и высыпала часть его содержимого в кружки с медовым вином. В монастыре Святой Радегунды она многое узнала о травах, в том числе и то, что некоторые из них, а именно белена, дурман и мак, вызывают сонливость.
Едва Матильда спрятала мешочек, как воины вернулись обратно. Собственно говоря, девушка была не голодна, но обрадовалась тому, что может смотреть на еду, а не им в глаза, и набросилась на холодные гусиные окорочка и хлеб.
