Ноги сами несли меня в нужном направлении. Обогнув алтарь, я не нашла никаких следов тайного хода, слишком хорошо постарались те, кто его маскировал.
— Aumnaran aharra outen, — прошептала заклинание и нарисовала в воздухе руну, которая тут же вспыхнула голубым сиянием.
Гранитная стена алтаря задрожала, подернулась дымкой, и я увидела бесконечный тоннель, теряющийся в темноте. Оглянулась в последний раз — как раз в тот момент, когда маги ворвались в святилище и их изумленные голоса наполнили пространство под сводами гулким эхом — и, зажмурившись на мгновение, шагнула вперед.
Темнота сомкнулась над головой, точно свинцовые волны Северного моря. Я ушла, оставив Эбелайна на волю богов, но унося в душе новое знание.
Теперь я поняла, чувствовал шелки Айхо — преданный слуга короля Веллиана — когда кричал мне, пятилетней принцессе, прыгать в бурлящее море. Королевские псы ворвались в последнее убежище морского народа, они устроили там резню, выжигая нас огненными шарами. И шелки, верные моему отцу, до конца прикрывали меня собой. Я была последней наследницей древней династии, единственной, в ком текла кровь морских богов, единственной, кто способен принять трон и силу, которую он дает. Но мне было только пять лет! А в пять лет шелки не оборачиваются.
Если бы меня тогда не загнали и не скинули в воду… я бы так и не обернулась. Меня убили бы маги вместе со всеми…
Легко сказать «иди!», но как идти, если силы наисходе, ноги отказываются передвигаться, а руки бессильно соскальзывают с покрытых плесенью стен?
Я шла, цепляясь за стены подземного хода, и останавливаясь буквально через каждые десять шагов чтобы восстановить сбивавшееся дыхание. Эйфория после победы над демоном и королем медленно отступала, и ей на смену приходил сильнейший откат. Тело ломило, кружилась голова, во рту стоял мерзкий привкус гнили. Перед глазами крутилась карусель из искореженных трупов, оставленных мной в святилище. Я знала, что они все подчинялись чужой воле, что они не властны над своими мыслями и поступками. Знала, но хладнокровно убила их всех. От этой мысли хотелось биться головой о камни.
Что случилось с тобой, маленькая Мианель? Откуда в тебе столько ненависти и жажды отмщения? Разве шелки не самые добродушные существа в мире?
Я подумала о человеке, которого тринадцать лет считала своим отцом. Теперь я вспомнила тот день, когда он нашел меня. Когда меня насильно сбросили в воду, я ударилась головой о каменный выступ и потеряла сознание. Но боги были ко мне благосклонны, и мое тело обернулось само, инстинктивно. Бурлящий поток вынес меня в открытое море, волны прибили к берегу и раз за разом швыряли безвольное тело на скалы. Я бы погибла, если бы не Джосс Иммерли. Он меня спас дважды: когда вытащил из воды и когда решил оставить себе.
Я любила его, как родного отца… Как он мог рассказать обо мне? Почему? Этот вопрос мучил меня даже сейчас.
Выбившись из сил, я прислонилась спиной к стене и медленно сползла по ней вниз. Уронила голову на колени и прикрыла глаза. Я не знала, как далеко ушла от святилища, не знала, сколько еще идти. Вокруг меня царил полумрак, разгоняемый тусклым свечением стен, воздух пах плесенью и грибами, под ногами что-то шуршало.
Меня охватил озноб, заставляя еще плотнее подтянуть колени к груди. Нужно выбираться отсюда. Нужно найти Райзена и все ему рассказать, а еще придумать, что делать с эриллиумами. И вернуться в Брингвурд. Я должна вернуться в грот с троном и принять наследие предков.
Последняя мысль мелькнула и затихла. Я потеряла сознание…
…Пробуждение было нереальным. Сначала я почувствовала легкое покачивание и услышала скрип колес, нарушивший мой сон. Медленно открыла глаза. Прямо над головой висела серая парусина, такая, какой кроют фургоны. Скосила глаза вбок. Так и есть, я в фургоне, и этот фургон довольно быстро передвигается, судя по моим ощущениям. Прислушалась. Снаружи фыркали лошади, несколько человек тихо переговаривались между собой. В фургоне пахло сеном и яблоками. Я решила, что все еще сплю, и закрыла глаза.
Фургон остановился. Кто-то поднял полог, впуская яркий луч солнца, и мне пришлось напрячь всю свою волю, чтобы не показать, что я очнулась. Неизвестный забрался внутрь, сопя, склонился надо мной. Пытливый взгляд обыскал мое лицо. Я продолжала лежать, стараясь, чтобы даже ресницы не трепыхнулись.
Раздался разочарованный вздох. Неизвестный гость что-то пробормотал и оставил меня одну. Едва он покинул фургон, как движение возобновилось.
Я еще пару минут лежала, чутко вслушиваясь в доносившиеся звуки, а потом открыла глаза и села.
Удивительно, меня не связали, наоборот, закутали в теплый плащ и уложили на набитый соломой тюфяк. Значит, я у друзей? Но кто они? И как нашли меня в тайном ходе? Я ведь так и не дошла до выхода.
Став на четвереньки, я осторожно подползла к переднему борту. Прильнула лицом к парусине, надеясь сквозь дырочки в переплетении нитей рассмотреть, кто сидит на козлах. Использовать магию побоялась.
