Ему действительно хотелось побыть одному и подумать. Всё шло как-то странно. Криво. Словно план, задуманный непонятным кукловодом, с самого начала стал давать сбой. Впрочем, в этом была заслуга самого парня. Ведь, едва получив известие о похищении девушки, он не впал в ступор, а принялся действовать. Причём так, как никто и подумать не мог. Именно в этой неожиданности и заключалась сила его команды. И только удача помогла похитителям оторваться от погони. Впрочем, вопрос об удаче был весьма спорным.
В этом мире постоянно приходилось учитывать такой странный фактор, как магия. И как его прогнозировать, Лёха просто не понимал. Оставалось только надеяться на помощь орков. С такими мыслями парень добрался до выделенных ему покоев и, помывшись в огромной медной ванне, наполненной горячей водой, завалился в кровать, перекусив сыром и куском колбасы. Но уснуть никак не получалось. Прокручивая в голове события последних дней, он пытался найти причину, по которой его группе так и не удалось догнать степняков.
Наконец, усталость взяла своё, и Лёха начал подрёмывать. Свечи, освещавшие комнату, почти догорели, и спальня погрузилась в полумрак. Вдруг от стены отделилось странное светящееся веретено и, подлетев к кровати, зависло в воздухе. Лёха уже привык ко всяким магическим вывертам этого мира, но свет, которым светился странный объект, его насторожил. Нечто грязно-серое с короткими сполохами блёкло-голубого цвета.
– Это ещё что за хрень?! – буркнул Лёха, поднимаясь на локоть и выхватывая из-под подушки пистолет с серебряными пулями.
Веретено, внезапно увеличившись в размерах, развернулось в какое-то подобие круглого зеркала. Поверхность этого круга подёрнулась рябью, а потом из него выглянула такая рожа, что парень невольно икнул. От невольного конфуза Лёху спасло то, что такую же морду он уже видел. Именно она была вырезана на двери, которая закрывала вход в уничтоженное капище. Сжав рукоять пистолета вспотевшей ладонью, Лёха судорожно сглотнул внезапно пересохшей глоткой и, взяв себя в руки, глухо спросил:
– Чего тебе надо?
– Пришло время поговорить, слуга, – раздался в ответ гулкий, как из бочки, голос.
– Для тебя я слуга равновесия, Проклятый, – разозлившись, огрызнулся Лёха.
– Ты смел. Мне это нравится. Но ты нагл, и это должно быть наказано.
– Ну-ну, рискни здоровьем.
– Ты собираешься противостоять божеству?!
– Запертому божеству. И пока печати держатся, ты слабее любого демона.
– Это ненадолго. Теперь, когда я получил нужную силу, я вырвусь, и этот мир будет принадлежать мне.
– Врёшь! Если бы у тебя хватало сил, ты бы уже вырвался. А если вспомнить, что одно из твоих главных капищ я уже уничтожил, то силы тебе копить ещё долго придётся.
– Ты играешь с огнём, червь. Забыл, у кого находится твоя девчонка?
– Только попробуй её тронуть. Не успокоюсь, пока не уничтожу всех твоих последователей! А потом сожгу все книги, где есть хоть какое-то упоминание о тебе.
– Значит, тебе уже рассказали, – мрачно констатировал Проклятый.
– А ты думал, я буду сидеть сложа руки и ждать, пока ты сделаешь мне очередную пакость? – спросил Лёха, стараясь никоим образом не выдать, что не понимает, о чём именно идёт речь.
– Ты мне не нужен, как не нужна и твоя девка. Давай просто договоримся, – помолчав, предложил голос.
– О чём?
– Ты будешь ездить по стране, искать капища и не находить их. А когда придёт моё время, я отдам тебе твою подругу. Повторю, мне она не нужна. Но, когда я буду в силе, смогу вас обоих отправить туда, откуда тебя вырвали, даже не спросив согласия.
– Ты готов вернуть меня в мой мир? – удивлённо переспросил Лёха.
– Да. Подумай. Что тебе здесь делать? Ты пришёл из мира, где самая примитивная техника на много порядков опередила то, что есть здесь. Это не твоя страна, не твой народ и даже не твой мир.
– А мою подругу ты тоже сможешь туда переправить?
– Нет. Она принадлежит этому миру. Да и зачем она тебе. Имея золото, ты можешь иметь сотни таких.
– Ага, вот только золота у меня нет.
– Я дам тебе. Дам столько, сколько захочешь.
– Врёшь ты всё.
– Что-о?!
Рёв Проклятого заставил Лёху прижать от страха уши, но лицо его осталось непроницаемым.
– Врешь, говорю. Твои прихвостни уже убили её. А все твои обещания ничего не стоят.
– Да как ты смеешь…
– Смею. Тебя называют Отец лжи. Уж это я точно знаю. А значит, тебе поверить – самого себя обмануть.
– Я готов показать её тебе.
– И чё? Навести иллюзию любой маг-недоучка умеет. Ты горы золота обещаешь. А оно у тебя есть?
– Конечно.
– И зачем тебе золото?
– Чтобы привлекать на свою сторону последователей.
– Что-то не видел я у них гор золота. Ты сам себе противоречишь. То кричишь, что можешь совершить невозможное, то утверждаешь, что можешь дать то, чего у тебя не может быть просто потому, что оно тебе не нужно. Заврался ты.
– Но твоя женщина действительно ещё жива, – растерявшись от таких рассуждений, проворчал Проклятый.
– Докажи. Только сразу говорю, любые магические фокусы меня не убедят. Насмотрелся, знаешь ли. Придумай что-нибудь такое, что действительно сможет меня убедить.
